Родом из тридцать седьмого

Бабушка Ханым с внуком

Ханым знает то, о чём умалчивает история

Много лет она живет с этой болью в сердце и до сих пор не может понять, в чем был повинен ее народ, за что так жестоко наказан и кто должен был за это ответить. 

Однажды Ханым приснился сон: высокий красивый мужчина в сопровождении двух друзей подошел к ней и сказал, что он ее отец. Взял девочку за руку и повел в дом. А потом она плакала, и какая-то женщина ласково сказала: «Аллах спрашивает, ты зачем так плачешь?» Возможно, этот детский сон забылся бы так же быстро, как и остальные, вот только бабушка Чичак, внимательно выслушав Ханым, сделала свои выводы: судя по описанию внешности, это были твой отец Флит и еще двое мужчин, которые сгинули вместе с ним, а женщина — твоя мама Хатун. Не довелось Ханым произнести в жизни заветные слова «мама» и «папа», вот почему семь десятков лет она бережно хранит в своем сердце родные образы и хрупкие воспоминания о первом знакомстве с родителями во сне.

В далеком 1937 году курдов, компактно проживавших в Нахичеванской автономной области, в одночасье сорвали с обжитого места и объявили врагами народа. В путь двинулись всем кланом от мала до велика. Годовалая Ханым не могла этого помнить, но знала многое со слов старших. Ее отец, оставшийся вдовцом с двумя детьми на руках от первого брака, повез с собой в казахские степи и молодую жену с дочкой. Однако месяц странствий по железной дороге в товарных вагонах, голод и лютые декабрьские холода сделали свое черное дело: едва семья обустроилась в селе Уюк Таласского района, как оборвалась жизнь 23-летней Хатун. Через полгода вновь нагрянула беда: в одну ночь практически всех мужчин курдской национальности от 28 лет и старше вывели на улицу и погрузили без объяснений в бортовую машину. Спросить что-либо у солдат с автоматами никто не решился. В семье Мамедовых забрали двух братьев — Пашу и Ису, из рода Ханым в эту ночь увезли 17 мужчин. Всю заботу о детях взвалили на свои плечи бабушка Чичак и дядя Али, которого вскоре тоже посадили в тюрьму.

— Много детишек осталось без родителей, мы практически жили на улице, слоняясь по подворотням как слепые котята. А потом курды, скрываясь от репрессий, уходили в горы, строили себе жилища, копали горные склоны и сеяли ячмень, пшеницу, горох. Вскоре началась война. Зерна, намолоченного вручную с крохотных горных делянок, всем не хватало, выращенный урожай был настолько мал, что воровали с делянок умерших, друг у друга, жили впроголодь, ели горные травы. Но голод был так силен, что иногда малыши, превозмогая боль, почти сгрызали… свои пальчики, — утирая непрошенную слезу, вспоминает Ханым-апа Сеидова. — Мы порой не имели куска хлеба, чтобы поесть, и куска мыла, чтобы помыться. Нас дразнили детьми врагов народа, мы не учились и были безграмотными. Мы пережили страх и смерть и все выдержали. На нашу долю действительно выпало много страданий, был голод и холод, но было и добро людских сердец. Поэтому я всегда говорю молодым: Аллах дал нам руки, ноги, дал ум для того, чтобы мы всё могли пре-одолеть и жили в мире и согласии.

А еще бабушка Ханым уверена, что человек без семьи, как крылья птицы без перьев: если ее лишить размаха, как она улетит к своей стае? Наверное, поэтому, прожив трудную сиротскую жизнь, названная по иронии судьбы Госпожой, Ханым, выйдя замуж в 16 лет за шейха Кадыра Сеидова, родила восемь детей. Пятеро сыновей, три дочери и внуки это ее стая, ее опора в жизни.

Наталья ПЕРФИЛЬЕВА, фото автора

You must be logged in to post a comment Login

Свежие комментарии

Архивы

Поиск по сайту

RSS Подпишитесь на «Знамя труда»