И вся она, частица той большой правды

Омирбек БАЙГЕЛДИ

Всё подвластно времени. Время меняет всё

Некоторое время назад в одной областной газете, а затем на ее сайте появилась статья, где речь шла о моих суждениях относительно древней истории нашего края. У меня на тот момент не было никакого желания давать такой материал в печать. Я при той встрече лишь рассказывал и отвечал на заданные мне вопросы и просил эти материалы пока не печатать.

Но что побудило их пойти на такой шаг, не знаю, они распорядились по-своему. Ладно, что произошло, то произошло. Я об этом не жалею, хотя некоторые незначительные поправки в статье можно было бы сделать. А все остальное тщательно проверялось, и в правдивости описанных фактов у меня сомнений нет.

Конечно, когда появляется такой материал по столь сложным вопросам, реакция у людей бывает неоднозначной. Не скрою, многие дали положительную оценку и благодарили. Но были и те, которые не восприняли всерьез. Ну что же, значит, такое время, такое состояние общества.

Я не часто говорю и редко пишу. А когда говорю и пишу, делаю это не для того, чтобы показать свои знания и ученость, а вижу и чувствую в том крайнюю необходимость. Причем всегда стараюсь говорить и писать правду, правду проверенную.

Если люди принимают это, спасибо им. Если кто не принимает, выражаю и им благодарность, считая, что их понимание еще впереди. А если кто нагло лжет, чтобы возвыситься за счет этого, мне им нечего сказать. Им просто нет судьи на земле. Я ни с кем и никогда не вступаю в полемику. Для этого у меня просто нет времени, и вообще это не моя стезя.

 

В том материале я коснулся «золотого периода времени» в жизни нашего народа, отметив при этом, что правители его восседали на золотых тронах, жили и работали в золотых дворцах, ели и пили из золотой посуды, были одеты и обуты в золотые наряды и ездили на конях с позолоченными седлами, уздечками, стременами и прочей упряжью.

Вот эти моменты, видимо, вызвали у некоторых людей определенное недоверие. Создается впечатление, что часть нашего населения и впрямь верит в то, что мы всегда были бедными и только кочевали.

Все это можно было бы пропустить мимо ушей, если бы это не касалось прямой ответственности каждого поколения за обеспечение сохранности подлинной истории своего народа для потомков. Ведь здесь разговор идет не о части, а о прошлой и долгой жизни всего народа в целом. И это особенно важно тем, что оно прямо относится к вопросам развития и воспитания подрастающего поколения.

Вот почему я решил вернуться к данной теме и сделать краткий экскурс в прошлую жизнь для того, чтобы дать ясный ответ на вопрос, является ли сказанное мною правдой или это вымысел.

В детстве взрослые нам рассказывали разные сказки. В них часто говорилось о царях, живших в золотых дворцах, восседавших на золотых тронах. Нам тогда было очень приятно слушать такие красивые сказки, и мы быстро засыпали.

Но мы тогда и не думали о том, что в каждой сказке бывает доля правды. С возрастом, читая разную литературу, мы убеждались в том, что народ не всегда жил плохо и бедно. Что в его жизни были и хорошие и даже «золотые» времена. О таком периоде времени народ любил вспоминать так: «Ой, бывали такие благодатные времена, что на спинах овец жаворонки вили гнезда».

Первые письменные примеры подтверждения этого мы встречаем у того же Геродота, признанного всем миром отцом исторической науки. В своей книге «История» он рассказывает, как персы во главе с Киром пошли войной на саков, и их царица Томирис жестоко наказала его.

Далее на странице 94 он детально описывает жизнь и быт этого народа: «Массагеты носят одежду, подобную скифской, и ведут похожий образ жизни… Из золота и меди у них все вещи… Все металлические части копий, стрел и боевых секир они изготовляют из меди, а головные уборы, пояса и перевязи украшают золотом. Так же и коням они надевают медные панцири, как нагрудники. Уздечки же, удила и начетники инкрустируют золотом. Железа и серебра у них совсем нет в обиходе… Зато золота и меди в изобилии…»

Как видите, здесь речь ведется не только о полководцах и высшем командном составе, а обо всех многочисленных рядовых воинах и о народе в целом.

Второй такой случай можно привести из книги греческого дипломата Прииска Паннойского, посетившего в составе византийской делегации ставку Аттилы — вождя гуннов, прибывших в Европу из Центральной Азии.

Прииск пишет, что делегацию для ведения переговоров тщательно готовил главный визирь Византийской империи евнух Христафи. В ставке гуннов приняли ее очень хорошо. Проявляли большую заботу и внимание. Члены делегации все время пользовались полной свободой. Только до Аттилы их долго не допускали. То говорили, что им надо сначала посетить одних, а потом других. И так им пришлось долго ездить из одного края в другой.

Делегацию на местах принимали все новые и новые важные лица. Среди них были как мужчины, так и женщины, которым пришлось дарить подарки. А они в ответ устраивали каждый раз пышные приемы, демонстрируя при этом свое богатство и роскошь.

Прииск описывает и главный прием, который дал Аттила всем иностранным делегациям и гостям, с участием всех своих приближенных, полководцев и важных государственных лиц. Было очень много всяких вкусных блюд и сластей, разные увеселительные мероприятия. Народные певцы с инструментами в руках пели песни. Некоторые, импровизируя, воспевали деяния и подвиги Аттилы, что очень восторженно воспринималось присутствующими.

Но самое сильное впечатление на византийцев произвело обилие золота, хотя они сами были из очень богатой страны. Кругом все блестело и сверкало. Все гости ели и пили только из золотой посуды, пользовались золотыми приборами. Только Аттила ел из обыкновенной деревянной посуды и взирал на все происходившее с полным спокойствием. И лишь изредка, когда его сын Ернах ухаживал за ним и накладывал в его тарелку еду, он с любовью смотрел на него и слегка улыбался.

Похоже, Прииск был честным и порядочным человеком. В отличие от других он ни разу не высказал критики в адрес Аттилы. Наоборот, он объективно и даже с некоторым восхищением рассказывает о нем. Вспоминается такой случай: когда греческая делегация обсуждала один вопрос между собой на своем языке, Аттила внезапно вмешался в этот разговор и на удивление всем на чистейшем их языке продолжил его.

К тому же Прииск оказался и достаточно смелым человеком. По возвращении домой в написанной им книге он осмелился открыто критиковать организаторов и исполнителей неудавшегося покушения на Аттилу. Похоже, что не зря их долго возили туда-сюда, пока окончательно не выяснили главную цель их визита. Самое неприятное было то, что всю делегацию арестовали, и они во всем сознались. Когда дело дошло до наказания и всех привели к месту казни, им объявили: все вы за попытку покушения на жизнь нашего царя заслуживаете смерти, но у нашего народа есть закон, запрещающий убивать своих гостей. Поэтому, соблюдая этот закон, мы сохраняем вам жизнь.

Видно, что самого Прииска не посвящали в эту аферу, и он не знал о ней. За такой коварный поступок он в своей книге жестоко критикует тех, кто ее затеял, не боясь никаких дальнейших возможных последствий. Мы не знаем, как сложилась его дальнейшая судьба, но за книгу, написанную так талантливо и так объективно, наш народ ему премного благодарен.

Следующий яркий пример, изложенный в книгах и документах, можно привести из истории Западно-Тюркского каганата. В 558 году этот каганат достиг своего наивысшего расцвета. С 551 года главным правителем каганата был человек по имени Мухан. Правильнее было бы называть этот титул хаханом, так как это слово означает, что он хан ханов и правит он многими ханами.

Кстати, должность хахана на этой территории через шесть веков занимал Чингисхан.

Персы называли своего главного правителя шахиншах, то есть шах шахов. Это говорит о том, что в то время соперничество между Персией и Тюркским каганатом было и в этой области.

Аналогичное соперничество было между Китаем и гуннами в более ранние времена. Китайцы, чтобы опередить в соперничестве гуннов, называли своих правителей шан-юи, то есть небесными правителями. А гунны в ответ стали называть своих правителей кун би, то есть солнцеподобными правителями, думая, что это поднимет их еще выше.

В период посещения этого государства Земархом главную должность хахана в нем занимал Мухан. В книге Менандра все время фигурирует человек по имени Истими. Из других источников мы знаем, что его зовут Естемес, и он является старшим братом Мухана. В свое время он добровольно уступил главный трон брату, а взял себе должность как будто бы пониже, называемую ябгу хаханом. Но полномочия его никем и ничем, похоже, не ограничивались.

Историк Менандр Протектор почему-то все время его называет Дизавулом, что создает некоторое недоумение. Во-первых, такого человека нет и не было, и это не второе имя Естемеса. Сам же Менандр в одном месте уточняет: Дизавул и есть Естемес.

Слово «Дизавул», по всей вероятности, отражает не имя, а социальное положение и статус. Может быть, это искаженный вариант слов «Ябгухахан» или «Айдаул».

В последующем после смерти Мухана хахана его место занимает родной сын Естемеса Турксамф.

Так вот, этот самый Естемес, занимаясь хозяйственными, политическими и экономическими делами, начал развивать дипломатические и торговые отношения с соседними государствами.

Как он ни старался, а с Персией отношения не ладились, они категорически отказывались от сближения с каганатом. Первую партию отправленного им шелка, оплатив всю ее стоимость, они полностью сожгли, сказав, что тюркский шелк им совершенно не нужен. Членов второй же делегации, отправленных для ведения переговоров, пишут, вовсе отравили.

После этого Естемес принимает решение отправить делегацию еще дальше, в Византию. Ее возглавляет специалист по торговым делам человек по имени Маниях. С ним Естемес передал письмо византийскому императору Юстину Второму, где сказал, что их государство занимает одну седьмую часть света, начиная от Енисея, включая весь Кавказ, и что теперь они хотят жить в мире и согласии с Византией, сотрудничать и развивать торговые отношения.

После того как Юстину прочитали это письмо, он, пишут, детально расспрашивал Манияха, все ли, что написано в нем, соответствует действительности. Когда получил подарки и подробные ответы на все свои вопросы, он задумался и принял решение сразу же отправить ответную делегацию. Сопровождал эту делегацию тот же Маниях. В состав делегации входили двадцать человек, а возглавлял ее высокий государственный сановник, специалист по востоку Земарх Киликийский.

Делегацией полностью, от встречи до проводов, занимался Естемес. Из истории известно, что столица Тюркского каганата некоторое время находилась в городе Суяб. Но позднее посчитали, что более подходящим местом для этого является город Тараз, и перенесли столицу туда. Здесь и встретил Естемес Земарха.

Описывают, что он организовал эту встречу на высочайшем уровне, демонстрируя великолепие, силу, богатство и мощь своей страны. После ознакомления с Таразом гостей повезли в летнюю резиденцию каганата, находящуюся в местности Мынбулак. Это известная историческая местность. Здесь позднее, в 1229 году, окружение Чингисхана через два года после его смерти провело всеобщий Курултай, где его сына Угедея избрали новым хаханом.

Вообще многие историки уделили внимание Мынбулаку. Арабский историк Ибн Хордадбех, посетивший эту местность, писал, что «она находится на расстоянии 60 парсах к юго-западу от города Тараза. Здесь вода из тысячи родников, соединяясь вместе, образует реку, называемую Терс. Потому что она течет не на запад, как все реки, а на восток. Слово «Терс» переводится на русский язык как «обратное».

Если следовать дальше по этому пути, через перевал, то на обратной стороне гор так же тысячи родников, соединяясь, образуют другую реку. Она течет на запад и называется рекой Арыс».

Таким образом, знаменитая местность Мынбулак, о которой писали многие историки мира, находится на правом берегу реки Терс, откуда наблюдается красивейшая панорама гор Алатау. Здесь в реках хрустальная, чистая горная вода. Говорят, раньше там были богатые заросли лесов, в них обитало очень много птиц и зверей. Они всюду ходили свободно, их никто не трогал. Лето в этой местности более прохладное, чем на равнинах. Каждый вечер на Мынбулак спускается ночная прохлада. Вот сюда, в эту летнюю резиденцию, привез Естемес своих гостей, прибывших из далекой Византии.

Первая официальная презентация делегации произошла на второй день, в хаханском первом шатре. Это было по тем временам огромное помещение, сшитое из шелка и оформленное позолотой.

Из записей, оставленных Менандром Протектором, входившим в состав делегации, мы узнаем, что «послы были приглашены в хаханский шатер и представлены Дизавулу». Хахан сидел на золотой колеснице, которая служила ему троном. Совершив обычные поклоны, Земарх от имени своего государя произнес высокопарное приветствие, а также пожелание постоянной победы над врагами и неизменной дружбы между римлянами и тюрками. Земарх преподнес хахану много даров из золота, серебра, жемчуга и великолепную одежду. Естемес остался доволен, сказав: «Да, видно, что они от великого царя».

Дизавул ответил такими же пожеланиями добра, благополучия и пригласил послов к хаханскому пиршеству. Пир этот, они пишут, продолжался до конца дня.

На другой день угощение происходило в иной хаханской ставке, которая так же была украшена шелковыми тканями, с разными художественными изображениями. Посреди шатра были расставлены дорогие сосуды, вазы и золотые кувшины с напитками. Дизавул восседал уже на другой золотой колеснице.

Третье же угощение происходило в следующем шатре. В этом помещении украшением служили деревья, целиком покрытые золотом, ветки и листья которых также были из золота. А золотое ложе хахана покоилось на четырех золотых павлинах. У входа стояло много колесниц, наполненных серебряною посудой и серебряными изваяниями животных, которые красотой и изяществом не уступали византийским изделиям этого рода. Вся эта масса золотых и серебряных вещей свидетельствовала о промышленности и богатстве городов Средней Азии. Так повествует книга, которая была написана по итогам этой нашумевшей поездки Земарха в Среднюю Азию.

Земарх не путешественник и не историк, а государственный сановник. Он лишь выполнял волю и поручения императора. К тому же он сюда вез различные очень дорогие и ценные вещи, переданные императором в качестве подарка хахану. Назад тоже вез большие ценности, переданные хаханом императору. Учитывая обстановку и порядки того времени, можно полагать, что визит его был весьма опасным и ответственным, что не позволяло ему по своему усмотрению отклоняться от маршрута, заезжать в другие края и вести переговоры. Даже его мысли и секреты переговоров с хаханом нигде не отражены. А мы пользуемся только видением, оценками и мыслями лишь Менандра. У него тоже есть, конечно, много чего полезного, и за это ему огромное спасибо. Он зафиксировал и оставил богатейший, бесценный материал об этом огромном крае и живших в этом краю народах. Даже указанные им некоторые мелкие детали наводят на очень важные мысли. Например, он описывает такой случай, когда один из местных жителей предложил купить им железо. А ведь тогда не все умели производить его. Раз предлагали купить железо, то значит, они производили его, и железа у них было в избытке, ведь оно являлось тогда важным стратегическим товаром.

А о том, что в этих краях тогда плавили металлы, писали многие авторы. Так, в одном из них указано, что «Таласская долина, которую проезжали послы византийцев, была крупным поставщиком различных металлов, в основном серебра».

«Расцвет горнорудных разработок в долине Таласа приходится на IX и XII века. Однако начало добычи руд и выплавки металла здесь уходит в глубокую древность, вплоть до эпохи бронзы», — пишет автор Б. А. Литвинский в книге «Древнейшие истории», стр. 23.

Казахстанский геолог Б. Д. Волков между реками Талас и Аспара зафиксировал свыше 30 мест плавки металла и четыре пункта горных выработок, относящихся к Средневековью.

«Тюрки были не только скотоводами. Они зарекомендовали себя прекрасными горняками и плавильщиками железа еще в Алтайский период своей истории», — пишет Н. Я. Бичурин в книге «Собрание сведений о народах», стр. 224 — 225.

«Большая часть населения Западно-Тюркского каганата была оседлыми земледельцами, ремесленниками и торговыми людьми», — пишет историк. А как иначе?

Тюрки были по своей натуре воинственным народом. Их могущество позволяло одновременно вести военные действия в нескольких направлениях. Об этом, конечно, легко говорить. Содержать армию в количестве 100 и более тысяч человек, обеспечить их конями со всеми принадлежностями, пиками, саблями, щитами, луками и стрелами к ним, шлемами и кольчугами, продуктами питания слабому государству было бы не под силу. Тем более если все были кочевники.

Так, Менандр говорит о наличии десятков городов в Тюркском каганате. A китайский путешественник Сюань-Цзань, побывавший здесь в 630 году, конкретно отмечает, что от реки Чу до реки Талас имеется больше нескольких десятков городов, которые подчиняются тюркскому хахану.

Арабский географ Ибн Хаукаль в своей книге «Худут Аль-Адам» описывает, как он объезжал эту территорию, и указывает, что он побывал в 25 городах и поселениях. Есть и другие авторы, которые называли данные и побольше. Теперь давайте поднимем древние карты и сопоставим, а в каких еще других странах в те годы имелось больше городов, чем здесь. Такие страны, конечно, есть, но так ли их много?

Попробуем теперь вспомнить названия некоторых сохранившихся в памяти городов, начиная с реки Чу и дальше на запад: Чу, Баласагун, Суяб, Кулан, Мерке, Каялык, Касык, Кордай, Пишпек, Токмак, Акыртобе, Акшолак, Тюймекент, Сарыкемир, Атлак, Торткуль, Тараз, Кумкент, Саудакент, Шымкент, Сайрам, Сауран, Сыгнак, Фараб, Отрар, Туркестан. А сколько еще других забытых и переименованных. До сих пор, например, на месте Мынбулака стоит село Талапты. Все еще встречаются названия Алга, Кенес, Пионер, Трудовик… Вчера они имели какой-то смысл. А что они дают сегодняшнему человеку?

Все было в этих краях. Были и города, и промышленность, и торговля, и земледелие, и скотоводство, и наука, и культура. Где-то лучше, а где-то хуже, чем у других, но все было. Поэтому как можно весь народ привязать лишь к одной отрасли — животноводству? Как можно допустить мысль, что в таком государстве люди вообще не ели хлеба? А если ели, то где же они его брали? Не Канада же поставляла им пшеницу.

Имея все условия, обширные плодородные земли, теплый и умеренный климат, достаточное количество воды для полива, было бы нелепо отказываться от хлебопашества. Ведь самое простое и легкое дело — это выращивание хлеба. Вспахал, посеял и через четыре-пять месяцев получай урожай. А в животноводстве, чтобы иметь одну корову, надо выращивать теленка четыре года. Труд в животноводстве очень тяжелый. Животноводы работают круглый год, безо всякого отдыха.

Поэтому здесь, так же как и везде, происходил процесс перераспределения способов производства и труда. Земледелием занималось столько населения, сколько было необходимо для производства потребного обществу количества зерна. Остальное население занималось животноводством, торговлей, ремеслом, наукой, культурой и в других отраслях. К этой теме мы еще вернемся. А пока перейдем к изложению других примеров.

В 1996 году, будучи спикером Сената, в свою первую поездку в Санкт-Петербург на заседание межпарламентской Ассамблеи стран СНГ, на вопрос, что бы вы хотели посмотреть, я ответил: Эрмитаж. Меня встретил Пиотровский и спросил: что Вы желаете посмотреть? Я назвал три вещи. Третью он снял сразу, сказав, что ее у них просто нет. Потом он спросил меня: мне самому сопровождать Вас или дать человека, который знает больше? Я выбрал второе и не прогадал. Это оказалась пожилая женщина, крупный ученый, доктор наук, хорошо знающая историю.

Первым объектом, который интересовал меня, было сакское золото. Тогда так называли, а теперь иногда пишут скифское золото. Но все равно это одно и то же.

Мне уже немало лет, и за это время я побывал во многих музеях мира. Конечно, шедевров хватает везде. Очень много их и в Эрмитаже. Но такого количества и высочайшего качества шедевров из золота я не видел нигде. Их надо увидеть своими глазами, и вы поймете, что люди и в те далекие времена умели делать вещи похлеще, чем теперешние. Как хорошо, что все это сохранилось и теперь принадлежит всем.

Следующим экспонатом, который я хотел увидеть, были сокровища Кубрат хана. После того как умер Аттила, все стали говорить, а историки писать о том, что его империя распалась, а потом и вовсе исчезла. Конечно, уход из жизни такой личности, которая держала всех в напряжении, дал возможность всем правителям государств почувствовать некоторое облегчение. А в остальном, можно сказать, все осталось на своем месте. Его место занял бывший соратник, опытный политик Одакр. Он еще раз пошел на Рим и покорил его. И Рим, и Византия, и другие, как и прежде, платили дань. Правда, через некоторое время в бою погиб старший сын Аттилы и, может быть, кое-кто еще. А третий сын Ернах еще при жизни отца был ханом Болгарии и долго оставался им. После этого в Европе многое изменилось, прекратились гладиаторские бои, установилось всеобщее относительное затишье. И только к VII веку появился среди потомков Аттилы человек такого же крупного масштаба, оставивший заметный след в истории, как он. Им является этот самый Кубрат хан, который правил всей бывшей империей Аттилы. В молодости он получил образование в столице Византии. Его жизнь хорошо описана в истории Болгарии и некоторыми русскими авторами.

В Болгарии в свое время был найден один важнейший документ, вызвавший настоящую сенсацию. Его нашли там, где меньше всего ожидали, — в одной церквушке. И этот чудом уцелевший листок бумаги содержал в себе самую ценную информацию, а именно список древних болгарских правителей. Называется он «Именинником древних болгарских ханов». В нем тринадцать имен. Там первым значится сам Аттила, потом Ернах, Кубрат хан и дальше все занимавшие должность хана лица. Самое интересное то, что в нем, как это ни удивительно, указано, к какому роду каждый из них относился. Казахи такой документ называют «шежіре». Одиннадцать человек из этого списка, включая самого Аттилу, оказалось, относятся к одному и тому же роду, что и Естемес, Мухан и другие правители Тюркского каганата.

Оригинал этого документа находится в Болгарии. Ученые этой страны подтверждают правильность его содержания. Копия его имеется в распоряжении ученых многих стран. Кстати, в книге по истории Болгарии эти моменты хорошо изложены.

У Кубрат хана было четверо сыновей, его империя еще при его жизни была разделена на четыре ханства. Старшему сыну Ботбаю досталась великая Хазария, второму сыну Котраку досталось Болгаро-Камское ханство, третьему сыну Аспару досталась сама Болгария, а четвертому сыну — Тербелу — Паннония, то есть нынешняя Венгрия. А сам он оставался наверху и правил всеми.

Болгары же своего правителя Аспара называли не Аспарухом, а Аспар ханом, так же, как и другим именам в списке, приписывалось это слово — хан.

В девятитомном издании всемирной истории, выпущенном в Германии под руководством выдающегося немецкого ученого профессора Гумбольдта, про него говорится, что отец его назвал Аспаром в честь своего великого предка. Только интересно, кого же он имел в виду? Из истории известны два выдающихся человека, носивших это имя. Первый Аспар жил еще в I веке нашей эры. Он был одним из двух командующих войсками сакского императора Хаджи би вместе с Кордай батыром. Его имя до сих пор носят перевал, ущелье и река в Меркенском районе Жамбылской области. А имя Кордай батыра в Жамбылской области носит целый Кордайский район и Кордайский перевал между г. Алматы и Таразом.

Второй Аспар жил в III веке до нашей эры и тоже оставил след в истории своими великими походами.

Имя же самого Хаджи би длительное время, до 1795 года, носил хорошо известный город, расположенный далеко за пределами нынешней границы Казахстана.

В 1912 году у деревушки под Полтавой произошел случай: нога мальчика, пасшего овец, провалилась в какую-то пустоту, он запустил свой посох в эту пустоту и стал ковыряться и вдруг увидел там какие-то блестящие предметы. Вот так он вышел на одно из величайших сокровищ мира.

Вскоре все жители этой деревни напали на сокровище и все предметы растащили по домам. Слухи об этой истории дошли до самой столицы, до Санкт-Петербурга. Оттуда прибыли представители власти. Они предложили населению сдать изъятые предметы, пообещав, что государство оплатит их стоимость. Часть поверивших людей сдала, но когда все увидели, что никто никому не собирается платить, сдача прекратилась. И тем не менее часть из этого бесценного сокровища удалось сохранить.

Здесь дело не только в количестве золота и золотых вещей, а в их высочайшей художественной ценности. Чего стоит только одна золотая сабля, сколько мельчайших на ней узоров и рисунков! Какая фантазия, какое мастерство! Вещи, бокалы и кубки, различная посуда, пояса и ремни, конское снаряжение — все это было из золота.

Но среди всех этих уникальных золотых изделий особняком стоит один- единственный важный экспонат — это чудом уцелевший перстень-печатка самого Кубрат хана, где написано его имя — Кубрат.

Когда мы закончили осмотр экспонатов, женщина, сопровождавшая меня, сказала: «Я поняла, что Вы ищете. Поэтому вместо третьего объекта, которого не оказалось у нас, я предлагаю Вам посмотреть Пазырык». Я хотел было отказаться, но она решительно настаивала, чтобы я посмотрел. Мне мельком было известно, что где-то на Алтае была вскрыта древняя могила и там были найдены кое-какие вещи.

Из тех найденных вещей главным экспонатом была очень красиво сделанная карета. Она запрягалась, не помню, четырьмя или шестью лошадьми. Могила оказалось разграбленной, поэтому все золото аккуратно было выскоблено. А ковры и алаша и изготовленные из них коржуны полностью сохранились и выглядели как новые. На всех вещах узоры один в один совпадали с сегодняшними узорными изделиями, изготовленными казахскими мастерицами. Женщина сказала, что научно установленный возраст этих вещей — четыре тысячи лет.

Затем она подвела меня к какому-то высокому деревянному согнутому предмету и спросила: как Вы думаете, что это? Я ничего не мог ей сказать. Тогда она мне говорит, что это является самой первой и древней арфой в мире.

Я мог, конечно, поверить тому, что люди и тогда пели и на каких-то инструментах играли. Но чтобы у наших предков был такой сложный инструмент, как арфа, я бы никогда не поверил. И тут меня осенило: ведь это хорошо сделанный лук со многими тетивами! Вот от чего и к чему ведет человеческий разум.

Итогами этого посещения я остался доволен, а сопровождавшую женщину я от всей души поблагодарил.

Люди и в те далекие времена думали не только о хлебе насущном, но и, похоже, в достаточной мере и об отдыхе, и об удовлетворении духовных потребностей. Как говорится, не только ели и пили, но пели и танцевали.

Например, Менандр писал, что Тюркский каганат три дня подряд давал им приемы. Там невозможно было бы все время есть и пить. Наверное, были какие-то веселья, игры, музыка и песни.

У Аттилы, например, на приеме, как пишет Прииск, были различные мероприятия, развлекающие гостей, выступали акыны, воспевающие подвиги и деяния своих вождей и батыров.

Китайские источники сообщают, что в Танскую империю в VI и VII веках на всякие торжества приглашались исполнители и музыканты с инструментами из стран Кушар, Сулы и Канлы. Известный поэт Танской империи Бай-Жуй, например, посвятил специальное стихотворение девушке-танцовщице, прибывшей из страны Канлы, что она добиралась целый месяц на специальной колеснице и своими танцами покорила всех. Ее великое исполнительское мастерство произвело неизгладимое впечатление на всех присутствующих. Эта история и стихотворение поэта Бай-Жуй сохранились в архиве Китайской Народной Республики: «История Суйского царства, повествование о западном крае», 83 раздел.

Вот теперь думается, такая танцовщица высокого класса смогла бы станцевать перед всем народом без хорошей музыки? Например, народный танец «Қара жорға» — это древний танец наших предков. Он есть на наскальных рисунках. Его разве можно станцевать без музыки?

Как известно, неисчислимое богатство было собрано в период рассвета империи Чингисхана. Очевидцы сообщали, что возле его Орды на огромной территории стояло без движения бесчисленное количество телег, груженных золотом, золотыми изделиями и различными подарками. Их днем и ночью, не сомкнув глаз, охраняла тысяча толенгитов. Говорят, что этого богатства никто и никогда не считал.

Когда внезапно погиб Жоши хан, его дети не могли решить, кто займет его место. Старший сын Есентоха должен был занять это место. Но он категорически отказался, уступая его следующему сыну Сайыну, который тоже отказывался от него, ссылаясь на существующий обычай, что в таких случаях место отца должен занять старший сын.

Создалась редкая ситуация, когда дело касалось трона, а дети царя проявляют такую порядочность. Тогда они договорились всем ехать к Великому Деду и решение этого вопроса оставить за ним. Такой поступок внуков, похоже, Деду понравился, и он поступил очень мудро, распорядившись, чтобы всем внукам подготовили по новой юрте. При этом он сказал, чтобы все они были одинаковые и только в одной из них порог сделать из золота, порог второй — из серебра, порог третьей — из железа, а все остальное, как обычно, из дерева.

Юрта с золотым порогом досталась Сайыну, юрта с серебряным — Есену, а с железным — Шайбану. Таким образом, без слов всем и все стало ясно. И все они вернулись назад с подаренными Дедом юртами.

Второй внук Чингисхана Сайын вернулся домой уже Батый ханом. А золотой порог, подаренный ему Дедом, оказался для него счастливым. Ему долго и во всем везло. Он успешно продолжил дело своего отца и Великого Деда. Прославился на весь мир и сказочно разбогател.

Есть у казахов один хороший обычай — всех пускать в дом, кормить и всем предоставлять ночлег бесплатно. Но при этом они никому не позволяли наступать на порог, так как каждый считал его святым.

А как Батый хан мог нарушить этот обычай, тем более если порог золотой и был он подарен Великим Дедом, самим Чингисханом.

Мало того, Батый хан дальше продолжил это дело, распорядился изготовить ему юрту целиком из золота. Юрты восьми-, десяти- и двенадцатиканатные, в отличие от обычных, назывались Ордой. Их могли ставить совмещенными, из двух, из трех и из четырех — вместе. Историк Утемыш кажи пишет, таких золотых юрт в Золотой Орде было несколько.

А ставка Есентохи называлась Белой Ордой. Местом для нее он выбрал самый подходящий для спокойной жизни край — Кавказ с мягким климатом и лечебными водами. И это место сегодня носит его имя и является всемирно известной здравницей — Ессентуки.

Непосредственное отношение к нашему разговору имеет и сокровище «Золото Бактрии», найденное в годы войны в Афганистане. Часть нашего народа является потомками Бахтияра. И кличем их является слово «Бахтияр», а тамгой — солнцеподобный круг.

«Золотой человек», найденный в городе Есик и в местности Берель и других, чьи они? Чужие? Неужели можно думать, что какой-то другой народ каждый раз привозил сюда своих людей и хоронил здесь. Почему тогда они находятся в разных точках нашей территории и почему они все в нашей национальной одежде?

Еще один случай такого же рода описывается Мухаммедом Хайдаром Дулати. Это касается жизни того же периода, когда хан Моголистана Саид решил завоевать Кашкарию. Ханом этого края был тогда Абу Бакир, который являлся двоюродным братом самого Мухаммеда Хайдара Дулати. Он, как пишут, правил этим краем сорок восемь лет и стал баснословно богатым человеком.

Саид хан разбил его войска и стал преследовать его. Когда Абу Бакир понял безвыходность своего положения, то решил уйти в Тибет. Поднялся он на гору Карангытау и остановился у реки Акташ. Он привез сюда все свое накопленное богатство. А его было немало, тысячи тюков только дорогих вещей. И еще огромное количество золотого песка и драгоценностей в коржунах, груженных на мулы.

Глядя на все это, я думаю, он сказал: «Я копил эти богатства для красивой и счастливой жизни, но они вместо счастья принесли мне несчастье. Теперь я все уничтожу и врагам своим не отдам».

После этого он, говорят, три дня сжигал свои богатства и три дня сыпал с моста свои драгоценности и золотой песок в бурлящий поток горной реки.

Мухаммед Хайдар Дулати пишет, что он услышал это от одного из самых приближенных людей Абу Бакира.

Вот те несколько примеров из далекой и близкой истории нашего народа, которые я решил предложить нашим читателям в подтверждение своих слов. Конечно, это далеко не все, а лишь часть той части, которая попала на страницы книг. А сколько же еще не написанного и не рассказанного теперь уже никогда и никому не увидеть! Но я думаю, и этого достаточно, чтобы у людей сложилось правильное представление о прошлой жизни нашего народа.

Если кому-то и этого покажется много, и даже чересчур, то мне остается лишь ответить им словами одного известного на весь мир человека: «Ну, не Я же!» Потому что все факты взяты из солидных изданий, написанных солидными, известными на весь мир авторами.

Конечно, мы выражаем большую благодарность этим людям за столь важные сведения. Но наряду с этим мы также отмечаем их большие заслуги в освещении других не менее ценных и очень нужных материалов по древней истории нашего народа. Они позволяют нам по-новому посмотреть на события, происходившие в те далекие времена, по-новому переоценить их и по-новому переосмыслить.

Глубокий экскурс в прошлое, например, наводит на мысль о том, что не совсем позитивными являются поступки некоторых представителей нашего общества, которые охотно принимают на себя такие термины, как «кочевники» и «номады». Может быть, в научном мире и существуют эти термины. Но к нашему народу они вряд ли подходят, так как они не расширяют представления о нем, а сужают его.

И здесь возникает очень много вопросов. Прежде всего для чего это делается? Какая в этом необходимость? Кому это нужно? Кто от этого что имеет?

Если для этих названий какую-то роль играет история, то самое тщательное изучение ее и сравнение ее с историей других стран не дает никакого повода для этого. История нашего народа такая же уникальная, как и у всех других соседних с нами народов.

Сегодня мы казахи, но не всегда были ими. Раньше мы назывались саками, скифами, гуннами и тюрками. Если искать наше место в истории, то можно применять любое из этих названий. Это нормально и вполне приемлемо, потому что наши предки так называли себя. А все другие ранние или поздние термины и названия, придуманные для нас своими и чужими людьми, кажутся теперь совершенно неуместными.

Народы издревле имели привычку давать другим народам свои названия помимо их исторических имен. При этом, как правило, никто из них не возвышал других выше себя, а старался всячески принизить. Позднее эту привычку на вооружение взяли ученые и начали делить людей по различным признакам на группы, придумывая для них новые названия и термины. И все это делалось под видом благих намерений, но каждый раз это заканчивалось плохо, а кое-когда очень плохо.

Значит, давным-давно надо было понять и прекратить деление людей на различные группы. Сделали нас разными народами и дали нам разные имена, так говорится в древних писаниях. Разве этого недостаточно для того, чтобы жить людям в мире, дружбе и согласии?

А если кто будет дальше копать и искать новые научные открытия, может сам заблудиться и людей ввести в заблуждение. И в нашем случае термины «кочевники» и «номады» есть явление того же рода, ягоды с того же огорода, и не из лучших побуждений они, наверное, придуманы.

Говорят, слово «номад» было придумано применительно к туркам, когда они начали завоевывать Европу. Значит, не по любви назвали их номадами. А потом, говорят, турки стали оседлыми, и к ним перестали применять этот термин, и он перешел к другим, вглубь.

Вот тут-то наши пострелы постарались и поспели перехватить это модное слово и перетащить его к нам. И мы нежданно-негаданно оказались одетыми в чужой кафтан. И стоит ли нам теперь радоваться этому? А ведь кафтан-то оказался старым и заношенным!

У нас есть оставшееся от наших славных предков свое имя — казах. Это святое слово, оно имеет сакральное, особое значение для каждого из нас. И ни в коей мере нельзя поддаваться всяким попыткам переиначить и подменять его какими-то иными словами.

Если проследить историю, то первоначально все люди были номадами, а большинство из них — кочевниками. Первым животноводом, конечно, был Авель, ему поручено было этим заниматься. Но не похоже, чтобы он бегал за зверями, отлавливал их и одомашнивал. Если так, то за прошедшие тысячи лет ученые хоть одного архара превратили бы в овцу. Пробовали, не получается. Значит, они были созданы вместе с человеком.

Первой пищей человека у нас принято считать хлеб — пшеницу. Но оказалось, что это не так. Первой пищей человека являлось молоко, первое — материнское молоко, дальше молоко животных. Поэтому появилась необходимость иметь молоко в каждом доме. Отсюда все должны были заводить скот, так как магазинов, торгующих этими продуктами, тогда не было. Потом появились яблоки, финики и только после этого — пшеница.

Животноводы меняли пастбища так же, как и земледельцы. Это называлось в полеводстве переложным земледелием. А в животноводстве есть научное выражение «пастбищеоборот». Вот этим они и занимались, имея в своем распоряжении летние и зимние пастбища. Вот и все, всего-то! Из-за этого весь народ назвали кочевниками. А ведь в этой отрасли была занята лишь часть населения.

Если посмотреть глубже, то кто не кочует? По большому счету, кочуют все, кочует весь мир.

Первым, можно сказать, завзятым кочевником был Многоуважаемый Пророк Моисей. Он сорок лет водил свой народ из одного места в другое в поисках земли обетованной.

Потом народ стал кочевать с размахом. Вон сколько народу переехало из европейских стран в Америку, Канаду, в Австралию и Новую Зеландию. Вот это кочевка! Вот это кочевники! А сейчас идет такой же поток из азиатских и африканских стран в европейские и другие. Называют это миграцией. Правильно, но по существу это та же кочевка и они все кочевники.

Сейчас с каждым годом все больше становится кораблей, поездов, самолетов и автомобилей. И все они полны народа и снуют туда и сюда без остановки. Едут и едут все куда-то, как будто им дома не сидится. Все они пассажиры, конечно. Но они же все кочуют, и все они, стало быть, кочевники. Значит, наступило другое время, другая эра, все уже изменилось давным-давно. И на мир уже надо смотреть другими глазами.

А может быть, вопрос в другом? Может быть, в чем-то ином мы уступали другим? Но в чем? Про богатство и культуру мы уже говорили. Может быть, в образовании и науке? Но это тоже не подтверждается. В Государственном центральном музее страны, например, хранятся 28 алфавитов, которые в разное время использовались нашим народом.

Китайские источники сообщают, что Тюркский каганат имел переводчиков по девяти языкам и свободно переписывался с другими государствами. Так, написал же письмо Естемес Византийскому императору Юстину Второму!

Китайский путешественник, буддийский монах Шуан-Зан, посетивший город Суяб Западно-Тюркского каганата в 630 году, пишет: «Тюрки используют алфавит, состоящий из 25 букв, и пишут слева направо. Они оставляют друг другу письменные книги. Таким образом, обеспечивая развитие и расширение литературы». (В архиве «Путешествие на запад при Танской Империи», первый раздел.)

Известен визит ученого Анахирсиса, древнего ученого, из наших краев в Грецию для встречи с греческими философами. Полным ходом идет изучение трудов и восстановление имен таких великих людей, как Асан Абыз, Коркыт Ата, Арыстан Баб, Укаш Ата, Кожа Ахмет Асаби, аль-Фараби, Юсуф Баласугуни, Махмуд Кашкари и многих, многих других.

Тюркский народ дал миру немало важных открытий, начиная с сапог, шаровар, седел, стремян и уздечек до первичных металлургических печей, пороха и сдвоенных луков. Есть сведения о том, что еще в I веке в городе Таразе изготавливали бумагу.

Наши предки умели делать многое, и у меня не было цели перечислить все это в одной статье. У меня лишь скромное желание, чтобы у молодого поколения, которое движется вслед за нами, никогда и ни перед кем не возникало чувства стыда за историю своих предков.

Все подвластно времени. Время меняет все.

Омирбек БАЙГЕЛДИ

You must be logged in to post a comment Login

Свежие комментарии

Архивы

Поиск по сайту

RSS Подпишитесь на «Знамя труда»