Имя в истории

На фото из семейного архива Байгелди и Кудайбергеновых: в нижнем ряду слева направо - Герой Социалистического Труда Сапарбек Даулбаев, второго, к сожалению, никто не узнал, затем директор Аккольской, а затем Жиембетской машинно-тракторной станции Ратай Кудайбергенов, Герой Социалистического Труда Байгелди Кейкиев; во втором ряду первого слева никто не узнал, второй - Герой Социалистического Труда председатель колхоза имени Амангельды Байкошкар Мусралиев.

Человек жив, пока его помнят

Жизнь Байгелди Кейкиева была наполнена и горестями, и радостями. Он прошел путь от батрака до председателя колхоза, Героя Социалистического Труда. 

В моих руках архивная копия личного листка по учету кадров Байгелди аксакала. Много интересного можно почерпнуть из этого документа, заполненного около 80 лет назад. Например, есть такая графа с вопросом: «Были ли колебания в проведении линии партии и участвовал ли в оппозициях (каких, когда)?» Читаем дальше и узнаем, что в далеких 30-х годах существовали колхозные курсы по подготовке председателей колхозов, которые в 1938 году окончил Байгелди аксакал и получил специальность «председатель колхоза».

В его личном листке по учету кадров всего семь записей. С 1916 по 1929 год был батраком, вначале у бая Кыстаубаева, а позже у бая Сапакова, затем год работал колхозником в колхозе «Кенестобе» в Таласском районе. Шесть лет был мирабом и объездчиком райводхоза. А в 1936 году его избрали председателем родного колхоза «Кенестобе». После хрущевского укрупнения хозяйств «Кенестобе» вошел в состав колхоза «Кызыл Октябрь», и Байгелди Кейкиев до выхода на пенсию в 1969 году работал заместителем председателя данного колхоза.

А вот характеристика Байгелди Кейкиева, судя по всему, написанная в 1941 году, потому что в ней приводятся сведения за 1940 год. Написан сей документ на латинице, которая сейчас возвращается в нашу жизнь. В частности, в характеристике пишется (при переводе стиль оригинала сохранен), что «Кейкиев с 1936 года работает председателем колхоза «Кенестобе». В колхозе есть 72 дома и 121 работник. В 1940 году 68 человек заработали больше 300 трудодней. А 53 человека сделали меньше намеченных трудодней. 11 человек — неграмотные.

В колхозе есть 5 ферм. План овцефермы — 2046 голов, выполнен — 2182. Отход — 48 голов. По коровам план 36 голов, выполнен — 93 головы. Отхода нет. План по лошадям — 193 головы, выполнен — 212 голов. Отход — 1 голова. В частной собственности колхозников 1800 голов скота…».

Дальше перечисляется, сколько зерна, мяса, шерсти сдал колхоз государству. И в заключение секретарь Таласского райкома партии Байзаков пишет: «Товарищ Кейкиев не имеет судимости, раньше в партии не состоял. Кейкиев может работать председателем колхоза «Кенестобе» Таласского района. Хорошо участвует в общественной жизни колхоза».

В 138-м номере газеты «Сталиндік жол» (сейчас «Ақ жол») от 6 июля 1946 года была небольшая заметка о том, что «в колхозе «Кенестобе (председатель товарищ Кейкиев) зерно убирают три лобогрейки и 35 косарей. Все они перевыполняют дневные нормы. Колхоз сдал государству 95 центнеров зерна».

В те годы, когда Байгелди аксакал был председателем колхоза, слава о хозяйстве гремела на всю страну. Недаром в 1948 году семь колхозников во главе с председателем стали Героями Социалистического Труда, в то время как в некоторых других не было ни одного Героя.

А жизнь у Байгелди аксакала начиналась с сиротской доли. Ему было одиннадцать лет, а младшему брату Бигелди всего девять, когда они остались без отца и матери. Выживали как могли, помогали родственники и друзья отца. Батрачили с малых лет.

Октябрьская революция семнадцатого года перевернула все вверх дном. У молодого Байгелди появилась возможность проявить себя. Его смекалка и трудолюбие пришлись по душе руководителям района, и его рекомендовали на должность председателя колхоза «Кенестобе».

То были трудные годы, особенно когда началась Великая Отечественная война. Жили впроголодь. Государство выгребало из закромов последние пшеничные зерна. Чтобы люди не голодали, Байгелди решил сажать просо. Всем селом занимались этим делом. Как вспоминает государственный деятель, первый Председатель Сената Парламента Республики Казахстан Омирбек Байгелди, в этом важном деле были заняты даже дети. С самодельными трещалками они днями поочередно бегали вокруг посевов проса, когда зерна начинали созревать. Так они пугали птиц, чтобы те не поклевали просо.

В наших краях хорошо росли дыни, вспоминает он дальше. Из них делали қауынқақ — сушеные плетеные дольки дыни, которые можно было хранить долго.

Работая в райводхозе, Байгелди аксакал усвоил, что будущее земледелия — в орошении. Поэтому, став председателем колхоза, он взялся за это новое дело в глубинке. Когда были окончены весенние полевые работы и выдались свободные дни, Б. Кейкиев поднял односельчан на строительство плотины на реке Аса. Строили из подручных материалов: свозили камни, взрослые копали дерн, а дети носили его к будущей плотине. Все делалось вручную. И в один из таких горячих дней к ним подъехала легковая машина, которая тогда была в диковинку. Дети, побросав дернины, побежали смотреть на это чудо, из которого вышел высокий молодой человек. Подойдя к колхозникам, он громко поздоровался и поинтересовался, чем они тут заняты. Байгелди аксакал спросил, кто он. Оказалось, что это заместитель председателя облисполкома. Рассказывая детям об этом случае, Байгелди аксакал всегда сокрушался, что забыл имя того молодого человека. Знает только, что он ушел на фронт и не вернулся.

Б. Кейкиев доложил высокому гостю, что всем колхозом строят плотину. Показал, как и в какую сторону роются оросительные каналы. Гость похвалил председателя колхоза за смекалку и уехал. На следующий день Байгелди аксакала вызвали в райком партии на совещание. В зале собралось много людей, а за столом президиума сидел вчерашний гость, который спросил у первого секретаря райкома партии, знает ли он, что в колхозе «Кенестобе» по инициативе председателя строят плотину на реке Аса. Первый секретарь пожал плечами. Заместитель председателя облисполкома пожурил его и поручил организовать помощь колхозу. В то время в Таласском районе было 49 колхозов и два совхоза. Слабые хозяйства не стоит трогать, а вот крепкие пусть пришлют людей со своими юртами, продуктами… Вскоре появилось водохранилище Богетколь, которое до сих пор служит людям…

По словам Омирбека-ага, в ауле всегда было много скота. Овец доили, взбивали масло, делали айран и курт. Масло набивали в овечьи желудки и зарывали в землю, так оно лучше сохранялось, потому как тогда в ауле еще не было холодильников. Даже в самые трудные и голодные годы у нас всего было в достатке, рассказывает он. Каждого, кто входил в дом, не отпускали, не угостив. Тогда, да и сейчас, люди верили, что один из сорока есть Қыдыр — пророк, святой в образе человека, приносящий встретившимся людям счастье, богатство; по преданию, он испил из источника жизни живой воды и обрел вечную жизнь. Дети росли такими же гостеприимными на примере дедов и отцов.

Поучительный и интересный обычай из жизни казахского общества вспомнил Омирбек-ага. В детстве в ауле вмете с ним росли трое мальчишек. Отличались они от остальных ребятишек тем, что в левом ухе у них были оловянные крученые серьги. И еще, старшие строго-настрого запретили обижать их. Если они что попросят, нельзя было отказывать. Даже если ударят, мало ли из-за чего могут повздорить мальчишки, отвечать тоже было запрещено. Позже выяснилось, что они были единственными сыновьями в семьях. Оловянные серьги были их отличительным знаком, и у них были большие привилегии. Так общество оберегало единственных сыновей. В древних византийских источниках есть сведения, что такую же серьгу в левом ухе в свое время носил один из правителей Киева.

Имя Байгелди аксакала золотыми буквами вписано в историю Великой Отечественной войны. Нет, он не воевал. Но видя, как трудно складывается положение на фронте, когда советским воинам не хватает вооружения, Б. Кейкиев решился пожертвовать личными сбережениями. Громко сказано — сбережениями. Однако был скот да кое-какое ценное имущество. Все это он продал, выручил 100 тысяч рублей и сдал государству. Домочадцы не стали противиться такому решению, хотя трудностей прибавилось.

Однажды на имя Байгелди аксакала пришло письмо, в котором сообщалось, что на его личные сбережения построен самолет и что его приглашают лично вручить самолет одному из летчиков. Кейкиев поехал, а в ауле нашлись такие, которые стали распространять разные домыслы. Были и такие, что утверждали, будто бы его обманом отправили на фронт. Если останется жив, увидите отца только после окончания войны, говорили они его детям.

Через село проходил большак. По нему молодых ребят увозили на войну, по нему с фронта возвращались раненые и покалеченные солдаты. Дети Байгелди с надеждой смотрели на дорогу, когда же появится отец. Но по ней со стороны райцентра приезжал лишь старый Сатыбалды, аульный почтальон. Каждый день он на тачанке привозил почту, письма — в чей-то дом радость, в чей-то дом горе. Те, кто получал весточку с фронта о сыне, отце, муже, брате, делились радостью со всем аулом. Это были счастливые дни надежды. Но нередко то из того, то из другого дома вырывались рыдания. Значит, старый Сатыбалды привез қара қағаз — черную бумагу, похоронку. Поэтому дети со страхом и надеждой вглядывались в сторону райцентра.

В один из таких дней вдали показался человек. Почти всем аулом выбежали на улицу, чтобы узнать, кто бы это мог быть. Спустя несколько минут стало ясно, что человек едет на ослике. Прошло еще несколько томительных минут, как самые зоркие закричали: он в шляпе! В те времена редко кто носил шляпу. В ауле лишь Байгелди. Дети сорвались с места и, обгоняя ветер, побежали навстречу…

Сейчас трудно представить, насколько сложно было работать в те годы руководителем. Однако и под прессом тоталитаризма и всеобщего доносительства многие из них сумели наладить жизнь вверенных им хозяйств и предприятий. Вот и Байгелди аксакал всю сознательную жизнь посвятил людям. Ему до всего было дело, он не чурался никакой работы, с одинаковым уважением относился ко всем подчиненным и односельчанам. Именно поэтому заслужил всеобщее уважение. Природная смекалка, стремление к знаниям помогли ему стать одним из лучших председателей колхоза. В память о нем благодарные односельчане назвали его именем местную школу.

Байгелди аксакал прожил трудную, но счастливую жизнь. Скончался в 92-летнем возрасте. У него около 200 прямых потомков — 13 детей, внуки, правнуки, праправнуки… В этом году исполняется 120 лет со дня его рождения. И в память о нем потомки решили организовать поминальный обед и продолжить традиционный турнир по қазақ күресі имени Байгелди Кейкиева, который пройдет 17-18 ноября в спортивном комплексе «Тараз-Арена».

Кстати, о турнире. Как вспоминает ветеран спорта Серик Капалбаев, впервые соревнования республиканского уровня были организованы по случаю 90-летия Б. Кейкиева в его родном селе Ерназар Жамбылского района еще в 1987 году. На открытии присутствовал и благословил борцов сам Байгелди аксакал. Видать, его слова были услышаны, и вскоре турнир перерос вый. Много именитых борцов выросло на этом турнире. Первым звания түе-палуан удостоился Кудайберген Кожымбетов. В последующие годы этот титул завоевывали такие знаменитые спорт-смены, как Нургали Оспанов, Баглан Айнакулов, Ахмет Жумагулов, Бакыт Ташметов, Нурлан Жарашуев и другие.

Бекет МОМЫНКУЛ

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свежие комментарии

Архивы

Поиск по сайту

RSS Подпишитесь на «Знамя труда»