На гребне волны

Нуртаза Кудайбергенов

Бывших водников не бывает

С героем очерка я познакомилась больше десяти лет назад, когда при подготовке публикаций вникала в дипломатические и технические тонкости вододеления в бассейне рек Шу и Талас. Он оказался отличным экспертом, а со временем еще и стал другом «Знамёнки». 

По заказу Организации по безопасности и сотрудничеству в Европе, которая принимала активное участие в создании казахстанско-кыргызской комиссии по совместному использованию гидросооружений на межгосударственных водных объектах, мне пришлось писать сценарий к фильму об этой межправительственной организации. Нуртаза Кудайбергенов тогда руководил Шу-Таласским бассейновым водохозяйственным управлением и был одним из создателей и членов комиссии.

Скажу честно, понять все тонкости водного хозяйства, которым в СССР занималось целое министерство, было архисложно. Нуртаза Ратаевич как член комиссии терпеливо консультировал съемочную группу по разным вопросам. Оказалось, что помимо технических сложностей, связанных с принципами работы различных гидросооружений, существует еще очень много самых разных подводных камней в трансграничном вододелении, связанных с политикой, экономикой, экологией, последствиями изменения климата и другими моментами. Фильм мы сняли, назвав его «Акватория общих интересов», а Нуртаза Кудайбергенов возглавил Шу-Таласский бассейновый совет, который по статусу был национальным, а по содержанию — международным, поскольку в его работе принимали участие кыргызские водники.

С 2005 года «Знамя труда» стала регулярно публиковать материалы о трансграничном вододелении и продолжает это делать по сей день. Время летит, и уже прошло шесть лет, как Нуртаза Ратаевич вышел на пенсию (а 11 августа ему исполняется 70 лет), но он стал очень востребованным экспертом в сфере народной дипломатии. Начиная с 2013 года при его непосредственном участии в регионе созданы два малых бассейновых совета по рекам Аспара и Куркуреусу. Интересно, что на всех встречах с участием кыргызстанцев он неизменно отстаивает право жамбылцев на получение поливной воды на наиболее выгодных условиях — в соответствии с теми договоренностями, что были достигнуты еще в советские времена.

И сейчас время от времени он заходит в редакцию выпить чашку чая, обсудить статьи «Знамёнки», попутно проконсультировать, почему возникают проблемы с подтоплениями на Таласе, Шу или Асе, объясняет принципы работы разных оросительных систем. Вообще эксперты, которые выходят на пенсию, бесценны для нашего брата журналиста: они хорошо осведомлены, охотно и откровенно делятся информацией.

Недавно мы разговорились по душам, и Нуртаза Ратаевич рассказал, как попал в профессию.

— Во времена нашей юности шли великие стройки, возводились Братская ГРЭС, Красноярская ГЭС. Мы были романтиками и рвались учиться на гидротехнические специальности, — вспоминает он.

В 1966 году был огромный конкурс в вузы. Это был момент, когда переходили с одиннадцатилетнего обучения на десятилетнее, и в школах был двойной выпуск. Нуртаза Кудайбергенов поступил в Джамбулский гидромелиоративно-строительный институт по специальности «Гидротехническое строительство речных сооружений и ГЭС». С тех пор прошло больше сорока пяти лет, а выпускники курса до сих пор встречаются, хотя живут в разных городах. Вот это братство! Видимо, в душе они так и остались романтиками.

Мне импонирует прямолинейность Нуртазы Ратаевича, он не боится высказывать свою точку зрения и иногда идет, что называется, не в ногу с коллегами. Например, он считает, что государство может сэкономить большие деньги, если не строить Аспаринское водохранилище, а вместо этого использовать водохранилища суточного регулирования стока рек. Средства лучше направить на модернизацию оросительных систем и экономить до половины стока поливной воды.

Или еще пример. Многие годы по реке Куркуреусу сохраняется сложная ситуация — жуалынцы по ней воду не получают. Нуртаза Кудайбергенов допускает, что на этой трансграничной артерии с 1948 года, когда подписывалось положение о ее вододелении, сток не изменился.

— Это значит, что достигнутые тогда договоренности можно соблюдать. При рациональном подходе жизненно важного ресурса должно хватить не только для полива полей кыргызских аграриев, но и жуалынских. Решение проблемы теоретически возможно, если восстановить каналы на территории сопредельного государства. Но объекты требуется внести в соглашение о совместном использовании гидротехнических сооружений межгосударственного пользования от 2000 года. Там же следует внедрить автоматизированный учет ресурса, как это сделано на реке Аспара. А вообще если бы за услугу подачи воды наши аграрии платили собственникам канала на территории Кыргызстана, то соседи были бы заинтересованы в том, чтобы поставлять воду на нашу территорию. Кстати, раньше неофициально такая практика существовала, — высказал неожиданную мысль эксперт.

Получая поливной ресурс на свои поля, многие земледельцы области даже и не догадывались, что для решения проблем, связанных с ограничением водоподачи, нашим специалистам приходилось использовать приемы народной дипломатии, договариваться с коллегами из соседнего государства во время встреч без галстуков. Они были гораздо эффективнее разговоров на повышенных тонах где-то на уровне органов власти, особенно когда поля засыхали, а на выяснение отношений не было времени.

Нуртаза Ратаевич — личность многогранная. С 2003 по 2011 год он являлся членом ученого совета Казахского научно-исследовательского института водного хозяйства. С 2001 по 2011 год сначала был членом, а потом председателем государственной экзаменационной комиссии по специальности «Водные ресурсы и водопользование» в ТарГУ имени М. Х. Дулати.

— В области уже неоднократно поднималась проблема дефицита кадров для водного хозяйства. Я считаю, что Болонская система не подходит для подготовки технических кадров, потому что при проверке знаний студентов акцент делается на тестирование, а не на проектные курсовые работы. Дипломных проектов выпускники вузов тоже уже почти не делают. Но ведь именно серьезная работа, требующая технических и практических знаний и навыков, позволяет студенту осмыслить весь процесс проектирования. В ходе технических разработок он на практике применяет свои знания: учитывает качество почвы, геологию, гидрологию, создает чертежи. Сейчас в отрасли почти не осталось проектировщиков, — констатирует он и в то же время отмечает, что в Казахстане принята хорошая госпрограмма по модернизации оросительных сетей. Она предусматривает строительство водохранилищ (хотя, оговаривается, в случае с Аспарой можно и поспорить), ремонт крупных магистральных каналов, автоматизацию водоучета, но для достижения этих целей необходимо полноценное финансирование.

Профессия оставляет свой отпечаток на всю жизнь. Нуртаза Кудайбергенов, повторяя слова своих коллег, говорит, что бывших водников не бывает. Учитывая, сколько ветеранов отрасли вовлечено в процессы по устойчивому управлению водными ресурсами, понимаешь, что это чистая, как родник, правда.

Елена ЕФИМОВА

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Свежие комментарии

Архивы

Поиск по сайту

RSS Подпишитесь на «Знамя труда»