Пошли в гору

Такие уроки школьники усваивают на всю жизнь

Изучать родной край — это такая же естественная потребность человека, как дружить, любить, дышать воздухом или наслаждаться красотой. Любовь Исатаева, учитель истории физико-математической Назарбаев Интеллектуальной школы в городе Таразе является автором инновационной программы «Краеведение». На республиканских конкурсах в 2009 и в 2012 годах разработки новатора удостаивались призовых мест. Неделю назад в ущелье Узунбулак Киргизского Алатау нам посчастливилось принять участие в открытом уроке, который педагог дала своим спутникам, впервые попавшим в эти удивительные места.

— Изюминка курса в том, что теорию ученики закрепляют на практике во время путешествий и экспедиций. Краеведение — это очень емкий предмет. Он включает в себя многие науки: географию, биологию, историю, физику. Выехав на природу, даже геометрию можно изучать. Одни рельефы гор чего стоят! — говорит Любовь Исатаева.

Любовь Исатаева, автор курса «Краеведение»

Название ущелья Узунбулак переводится как длинный ручей. В Киргизском Алатау встречаются ущелья, в которых воды вообще нет, по дну других текут речки круглый год, в некоторых они то появляются, то снова пересыхают. А в Узунбулаке ручей бьет из-под земли мощным потоком, потом он исчезает в провальной зоне, как будто его и не было. Его незримое присутствие выдает приглушенное журчание под землей. А через некоторое расстояние озорник снова с мелодичной песней выплескивается из-под камня и течет до самого низа между хребтами.

— На выходе из горной страны стоит кошара, — рассказывает Любовь Исатаева. — И в этом месте можно увидеть, как ручей каким-то странным образом поднимается на высоту пяти-шести метров. На вершине хребта дети замечают, как именно это происходит. Получается, что, по сути, вода не вниз течет. В этих местах чабаны веками пасут скот. Это они устроили русло под таким уклоном, что вода идет, куда надо человеку. Сооружение уникальное. Подобного я больше нигде не встречала.

Ущелье Узунбулак сохранилось в первозданном виде, наверное, благодаря тому, что здесь нет накатанной дороги. Нерастоптанная тропка зажата в расщелине между хребтами гор и зарослями деревьев. В апреле — мае здесь начинают подниматься дикоросы. Одни из самых уникальных — тюльпаны. Нынче припозднившаяся весна еще очень робко заглядывает в эти места. Во всяком случае неделю назад деревья стояли совершенно голые. Но у оттаявшего и позеленевшего подножия гор мы любовались россыпями солнечных тюльпанов Колпаковского. Некоторые цветы оторвались от основной компании и двинулись в путешествие по ущелью. Оказалось, что они, как и красные тюльпаны Грейга, которые произрастают рядом, но особнячком, в районе руин Акыртаса, занесены в Красную книгу Казахстана. Выше по ущелью, где по нашим меркам еще март, а не апрель, мы увидели туркестанские тюльпаны. Правда, их все называют подснежниками, наверное, потому, что эти нежные цветы с легким запахом миндаля одни из самых первых раскрываются после зимы. Туркестанский тюльпан произрастает на Каратауском хребте и на Западном Тянь-Шане. Охраняется только в Аксу-Жабаглинском заповеднике. Луковицы этого растения ядовитые. Интересно, что в народной медицине Узбекистана и Таджикистана он применяется как болеутоляющее средство при ревматизме.

— Мы насчитали в ущелье пять видов цветов из семейства лилейных, — говорит краевед. — Природой так устроено, что одни тюльпаны отцветают, другие зацветают, и благодаря такому режиму они не скрещиваются. Хотя бывают и исключения, если группы цветов одновременно зацветают близко друг к другу. Особенно хочется обратить внимание на то, что здесь растут очень редкие тюльпаны Кауфмана. Они тоже занесены в Красную книгу. В низовьях эти цветы почти не встречаются. В самом начале мая мы выходили на перевал высотой 2000 метров над уровнем моря, там любовались на альпийских лугах целыми полянами тюльпанов Кауфмана. Явление это очень кратковременное, чтобы не пропустить его, нужно побывать в горах до 9 мая.

Замечательно ущелье еще и тем, что здесь растет дикая груша. По словам Любови Исатаевой, у нее листья не похожи на листья окультуренных «родственниц» и плоды очень мелкие. Убедиться в этом можно будет позже. Пока же спящие красавицы досматривают последний зимний сон. Педагог обращает внимание на то, что это уникальный генофонд. Дикая груша, как и яблоня Северцева, которая, кстати, тоже растет в наших горах, может сгодиться для выведения новых сортов деревьев.

Через несколько километров от начала ущелья открывается великолепный вид на Сулутас (Красивый камень). По словам руководителя таразского клуба «Десантник» Сергея Ефименко, который, кстати, тоже сюда вывозит своих молодцев на тренировки по скалолазанию, высота этой крутой горы не меньше семидесяти метров. Большую часть пути к вершине мы поднимаемся по пологому склону, но на самый пик карабкаемся, поддерживая друг друга, по почти отвесным скалам. Ощущения невероятные. Наверху забираемся на небольшую площадку. С одной стороны здесь открывается вид на долину, с другой — на снежные вершины гор. К обрывистому краю скалы без страховки подойти не решаемся. Этот подъем для группы стал настоящим испытанием — преодолением страха перед высотой.

Наскальные рисунки на отрогах Каратауского хребта

А еще в Узунбулаке есть камень с петроглифами. Мы сделали фотографии, но древние рисунки еле видны, там угадываются очертания диких козлов с закрученными рогами, которых в природе встретить уже очень трудно. Недавно мне посчастливилось увидеть отчетливые петроглифы на отрогах Каратауского хребта — солярные знаки и горных козлов. Там фотографии получились более удачные.

— Древние наскальные рисунки мы встречаем повсюду, — говорит педагог. — Под перевалом Ботамойнак на взгорьях Киргизского Алатау можно увидеть петроглифы эпохи бронзы. Там есть изображения рожениц — людей и животных. А на скалах в Карасае (Черное ущелье) изображены существа полулюди-полуживотные. Например, ниже пояса существо выглядит как животное, выше — как человек, но голова нарисована с птичьим клювом, руки же у этих существ непропорционально длинные. По мнению известного казахстанского археолога Айман Досымбаевой, эти петроглифы датируются эпохой поздней бронзы XII — VII веков до нашей эры.

Любовь Исатаева убеждена, что очень важно вывозить детей в те места, о которых идет речь на уроках краеведения.

— Не увидев реку Талас, как можно говорить о Таласской долине? — говорит она. — Не сходив в горы Алатау, как можно говорить о горных массивах? Знаете, можно каждый день с учениками проводить воспитательные часы, но когда ребенок выехал со своим классом в горы, целый день пропотел под рюкзачком, почувствовал поддержку друга, увидел, что происходит там, на неведомых дорожках, у него формируется новое мировосприятие. Когда дети видят природные памятники и послания древних людей, у них появляется трепетное отношение к историко-культурному наследию родной земли.

Елена ЕФИМОВА, фото автора

You must be logged in to post a comment Login

Свежие комментарии

Архивы

Поиск по сайту

RSS Подпишитесь на «Знамя труда»