Встретились на Великом Шёлковом пути

Диалог эпох, событий, культур

Разветвленные сети караванных дорог Великого Шелкового пути пересекали Европу и Азию от Средиземноморья до Китая и служили в древности и в средневековье важным средством торговых связей и диалога между культурами Запада и Востока. Наиболее протяженный его участок проходил через территорию современного Казахстана. Какая связь между Великим степным путем, функционировавшим до XIV века, и Казахским ханством, созданным в XV веке, пытались установить ученые, съехавшиеся на международную конференцию в Тараз. 

В течение двух дней ученые-историки из Китая, Турции, Польши, Азербайджана, Кыргызстана и Казахстана представляли всесторонние исследования историко-археологического наследия эпохи Казахского ханства и анализ проблем современных гуманитарных наук.

Инициатором конференции «Великий Шелковый путь и Казахское ханство на рубеже тысячелетий» выступил Таразский инновационно-гуманитарный университет, содействие в ее организации оказали акимат Жамбылской области, институт археологии имени А. Маргулана, союз писателей Турции, институт археологии при Варшавском университете (Польша), Changji University (Китай), институт археологии и этнографии национальной академии наук Азербайджана, казахстанский научно-исследовательский центр «Археологическая экспертиза».

— Что стало причиной возникновения Казахского ханства, какими были его правители, культура, идеология? На эти вопросы мы продолжаем искать и находить новые ответы. С начала года в регионе проведено около 70 различных конференций. Все это делается для того, чтобы мы с вами знали свою историю, — отметил, приветствуя участников конференции, заместитель акима области Ерканат Манжуов.

Экономический коридор Новый Шелковый путь, новые факты истории Казахстана, этническая основа формирования Казахского ханства, топонимическая номенклатура тюркских народов и ее связь с идеологией общества, Великий Шелковый путь: установление культурной связи Китая с Центральной Азией, новый взгляд на идентификацию памятников вдоль средневекового пути и современные археологические находки — это лишь часть тем, обсуждавшихся на конференции.

Ученые с большим интересом знакомились с трудами своих коллег.

 

Связь времён

Стоит отметить, что в Жамбылской области реализация масштабного проекта «Возрождение Великого Шелкового пути» началась еще в 2011 году при непосредственном участии ТОО «Археологическая экспертиза». Именно оно приступило четыре года назад к раскопкам древнего городища Тараз под руководством академика Карла Байпакова.

— На территории бывшего центрального рынка мы раскопали два очень больших сооружения — средневековую баню хамам и средневековое медресе — самое раннее духовное мусульманское учреждение на территории Казахстана, — говорит кандидат исторических наук, генеральный директор ТОО «Археологическая экспертиза» Дмитрий Воякин. — В ходе исследований была произведена цифровая съемка с использованием электронного тахеометра, что позволило создать трехмерные модели объектов, которые являются их точными виртуальными копиями.

Большая заслуга ученых ТОО «Археологическая экспедиция в том, что в 2014 году в Список Всемирного наследия ЮНЕСКО были внесены восемь исторических памятников Казахстана, пять из которых — городища Акыртас, Костобе, Орнек, Кулан, Актобе-Степнинское — находятся на территории нашей области.

А вот турецкий ученый Салих Йылмаз посвятил свою деятельность исследованию идеи создания нового Шелкового пути.

— Китай планирует реализацию крупнейшего в истории проекта — строительство нового Шелкового пути. Он направлен на то, чтобы кардинально изменить экономическую карту мира. Кроме того, многие рассматривают этот проект как первый шаг в борьбе между Востоком и Западом за влияние в Евразии, — уверен ученый.

Амбициозный план заключается в том, чтобы возродить древний Шелковый путь, который теперь станет современным экономическим и торговым коридором из Китая в Европу. Этот план включает в себя строительство скоростных железных и автомобильных дорог, сетей передачи энергетических ресурсов, оптоволоконных сетей. Города и порты, через которые будет проходить этот путь, ждет бурный экономический рост.

— Международная автомагистраль Западная Европа — Западный Китай является частью этого мегапроекта, идея которого была озвучена в 2013 году лидером КНР Си Цзиньпином. В рамках плана по его финансированию китайский лидер также объявил о запуске Азиатского международного инфраструктурного банка, который предоставит необходимые ресурсы для проекта, — говорит С. Йылмаз.

Ученый считает, что основным шагом к восстановлению маршрута Шелкового пути является развитие казахстанского транзита. В связи с этим на сегодняшний день при выборе стратегических маршрутов одним из актуальных является маршрут зоны Таможенного союза.

— Еще одной площадкой для продвижения идеи Нового Шелкового пути является инфокоммуникативная платформа G-Global, которая имеет стратегическое значение для объединения инициатив Президента Казахстана Нурсултана Назарбаева в единый мегапроект. В его рамках возрождение Шелкового пути является весьма практичным инструментом для интеграции различных стран Европы и Азии, и Казахстан заинтересован не просто в развитии транспортно-логистической инфраструктуры, а в создании возможностей для эффективной торговли и обмена для стран Европы и Азии.

То, что Великий Шелковый путь и раньше был трансконтинентальной трассой интеллектуального обмена, подтверждает и доктор исторических наук, профессор, ученый-тюрколог Айман Досымбаева.

Первые сведения в письменных источниках о тюрках — плавильщиках железа, создавших свое государство, именуемое Тюркский каганат, появляются в 545 — 552 годах. Во время посещения китайским послом, служившим при дворе императора ханьского периода У-Ди, Чжан Цянем земель усуней во II веке до нашей эры, государством управлял легендарный правитель Кунь-Мо, который, согласно запискам автора, оставшись один в десятилетнем возрасте после разгрома племени, был спасен вороном и волчицей. Кунь-Мо почитался святым. Через несколько столетий в китайских письменных источниках VI века сказано, что пара тотемных спасителей — волчица и ворон — по-прежнему оберегает тюрков. В средневековом варианте легенды повторяется тот же мифологический сюжет.

— Вместе с описанием событий мифологического содержания сохранились сведения об экономическом и политическом развитии Тюркского каганата, который изначально состоял из Восточного и Западного каганатов. В 558 году каган Западного Тюркского каганата Истеми устанавливает брачно-родственные отношения с шахом Ануширваном, выдает за него свою дочь Факим и, заручившись поддержкой, сокрушает господство эфталитов, ранее контролировавших международную торговлю на Шелковом пути. Уже в 568 году сирийские источники передают информацию о равноправном партнерстве Западного Тюркского каганата в международных переговорах с ведущими державами эпохи — Ираном и Византией. Экономическим и культурным центром Тюркского каганата был город Тараз, куда в период с 568 по 576 год прибыло четыре посольства из Византии. У китайских, византийских, персидских авторов есть сведения об особенностях тюркской дипломатии, этнографические характеристики представителей народов, принимавших участие в церемонии встречи иноземных послов, красочные описания быта, особенностей материальной и духовной культуры тюрков, — говорит А. Досымбаева.

В ее исследованиях привлекают внимание и следующие факты: тюрки имели письменность, которую принято именовать рунической, развитую денежную систему. Также они являлись искусными металлургами, законодателями моды в области вооружения и ювелирном мастерстве, занимались земледелием, жили в городах и поселениях. Есть описания поклонения тюрков Тенгри, Жер-Су, свидетельства бережного отношения к природе, считавшейся священной, и к памяти предков, часто обожествляемых ими.

Но что осталось от тюрков, сохранились ли свидетельства материальной культуры, которая всегда являлась отражением культуры духовной?

Установлено, что на территории обитания тюрков — от Алтая до Дуная — сохранились памятники, которые отражают высокий уровень их созидательной деятельности. Примечательно, что культовые памятники расположены на землях, природные свойства которых соответствуют современным параметрам национальных парков. Такие живописные территории с обильными водными источниками, богатой флорой и фауной объявлялись священными, обретали статус сакральных. Здесь проходили обряды и создавались многочисленные мемориалы обожествленных предков. Характерными чертами сакральных земель является наличие курганов и оград с каменными статуями, памятников рунической письменности, родовых тамг, высеченных на скалах, валунах, стелах, изваяниях, и алтарей с чашевидными углублениями.

По словам Айман Досымбаевой, в нашей области сохранилось два уникальных сакральных района тюрков — в Мерке и Жайсане.

На высокогорном святилище Мерке открыто, задокументировано, изучено и сохранено 76 каменных скульптур, серия алтарей, четыре памятника рунической письменности, десятки родовых тамг, несколько скоплений наскальных рисунков. Осознание идеи святости родной земли, составляющей основу мировоззрения тюрков, способствовало формированию особого ритуала клятвенной присяги отечеству, где присутствовали божества Жер-Су и Тенгри. Во время ритуала пили священную воду родной земли — символ Жер-Су. Об этом говорят сосуды, изображенные в руках многочисленных каменных статуй обожествленных предков, якобы принимающих участие в этом ритуале. Его цель — подчеркнуть незыблемость традиций и границ священной земли тюрков.

Ранние арабские источники подтверждают, что в традиции тюрков практиковался ритуал закрепления договора питьем воды из сосуда перед образом идола, а древнерусские летописи сообщают, что «тюрки роту пили по своей вере» (в значении «принести клятву»). В казахской лексике и сейчас живо понятие «выпить клятву» — «ант су iшу».

Святилище Жайсан — комплекс тюркских культовых мемориалов — находится в долине реки Шу, сохранившей свое корневое наименование, произошедшее от су — вода, символа божества Жер-Су. Ритуальные ограды с каменными статуями вождя, знатных персон, жреца, служителей культа высятся в степи, на своих родовых землях, в местах молений и ритуалов. Большое количество наскальных галерей с великолепными образцами памятников искусства — сценами охоты, изображениями животных с детенышами, верблюдов и оленей, родовые тамги представителей тюркских племен он ок будун, тюргешей, карлуков, культовые памятники составляют единый сакральный комплекс тюрков.

— Сегодня интерес к тюркской истории возрастает. Памятники святилищ Мерке, Жайсан расположены в живописных степных и горных уголках, доступны и ждут всех, кому небезразличны история родной земли, казахское и тюркское культурное наследие, оставившее заметный след в мировой цивилизации, — говорит Айман Досымбаева.

Однако немногие туристы и любители средневековой истории знают о том, что в Жамбылской области есть такие уникальные объекты истории.

Польский ученый Михал Адамиак в разговоре с нами показал путеводитель по Центральной Азии, которым в основном пользуются иностранные туристы. В нем есть только информация о мавзолеях Карахана и Айши-биби, а также краткая аннотация к историческому комплексу Акыртас.

— Ваш город с богатой историей может посещать огромное количество туристов, если бы была хорошая реклама. Даже не реклама, а просто более полное изложение того, что есть на самом деле. А судя по данным в Интернете и путеводителях получается, что Тараз можно осмотреть всего за полдня и ехать дальше, — говорит гость из Варшавы.

Тема, над которой работал ученый, называется «Новый взгляд на идентификацию памятников вдоль средневекового пути из Тараза в Верхний Барсхан».

Осенью 2013 года ученые института археологии Варшавского университета по приглашению казахстанских коллег впервые побывали на городище Акыртас. Эта поездка стала импульсом для тщательного анализа средневековых источников, описывающих северную секцию Великого Шелкового пути.

Первым сохранившимся до наших дней описанием пути от берегов озера Иссык-Куль до Тараза является сообщение китайского буддийского монаха Сюань Цзана, который в 630 году совершил пеший поход в Индию. К сожалению, его рассказ не совсем понятен. Упоминающиеся странником расстояния, а также населенные пункты не позволяют точно идентифицировать местность. Тем не менее можно предположить, что описанный им город Далосы и есть Тараз. По запискам Сюань Цзяна, в Далосы живут торговцы из разных стран, а окружность города составляет около трех километров. Вместе с тем «в четырех километрах южнее Далосы расположен небольшой город, чье население говорит на китайском языке», пишет автор. К сожалению, странник оставил этот город безымянным, что затрудняет его идентификацию.

Следующие дошедшие до наших дней источники, описывающие дорогу из Тараза в Верхний Нушанджан (ныне Барскоон в Кыргызской Республике), восходят к эпохе аббасидского халифата. Первым из них является Рихла (путешествие) Тамима ибн Бахр ал-Муттавва’и, которая датируется концом VIII — IX веков. В отчетах Тамима имеется информация о населенных пунктах, расположенных вдоль караванных путей. В середине VIII века Ибн Хордадбек, начальник почтового управления и информации халифата, составил Китаб ал-Масалик вал-Мамалик (Книга путей и стран). Это единственный сохранившийся до наших дней справочник об административных территориях мусульманских стран и их соседях. Именно в этих трудах указывается подробный путь из Тараза в Верхний Нушанджан с подробными описаниями всех населенных пунктов и расстояний между ними.

В Книге путей и стран есть информация об Акыртасе. «От Тараза до Нижнего Нушанджана три фарсаха, затем до Каср Бас два фарсаха. Это джармиййа, где зимуют ал-харлухиййа, близ которых зимовья ал-халаджиййа…». Автор применяет слово «каср», которое в мусульманской архитектуре означает дворец оборонного типа. Оно означает то же, что и латинское castrum — военный лагерь римского легиона. Автор также использует слово «джармиййа». Скорее всего это арабская форма персидского слова «гарм», означающего тепло или теплое место. Здесь также говорится, что там зимуют карлуки и халаджи. Это наводит на мысль о существовании здесь в древности геотермальных источников.

— Вполне возможно, что эта местность была одарена чудесами природы — прохладное лето и натуральные источники теплой воды, которые к тому же полезные, это и стало причиной возведения там грандиозного архитектурного комплекса с развитой системой водоснабжения, — делает вывод в своей работе Михал Адамиак.

Казахское ханство

Наибольшего могущества, по мнению доктора исторических наук, профессора, ректора Академии экономики и права имени У. Джолдасбекова города Талдыкоргана Досбола Байгунакова, Казахское ханство достигло во время правления Касым хана в первой четверти XVI века, когда численность казахов впервые достигла одного миллиона человек. И этническое самосознание, чувство принадлежности к единому народу укреп-лялись одновременно со становлением казахской государственности.

— В кочевых государствах не было столь жесткой вертикальной власти, хотя частично существовал аппарат принуждения. Кочевник, если не понравилась политика правящей элиты, переходил на другую территорию, забирая с собой немногочисленную материальную инфраструктуру. Это было своего рода вызовом или формой протеста. Слабость ханов была не случайной и обуславливалась отсутствием у них постоянной сословной основы. И только добровольный союз племен и жузов мог поддерживать национальную государственность, — считает ученый.

В XVI — XVII веках Казахское ханство было фактически единым политическим организмом, отличавшимся стабильностью. К тому моменту оно пережило времена становления, подъема и упадка, а в XVIII веке распалось на отдельные ханства, в которых каждый жуз возглавлял свой хан. Территория ханства неоднократно меняла свои очертания под влиянием внешнеполитических событий, но почти всегда в пределах расселения казахского этноса.

Казахское общество представляло собой строго организованную иерархическую структуру сословных групп, находившихся между собой в регулируемых обычным правом и традицией отношениях. На вершине государственной власти находился хан — верховный избираемый правитель. При нем существовали несколько чинов, таких как казначей, атабек (воспитатели наследников) и другие, которые занимались повседневными делами государства. Толенгиты — личная гвардия хана — не принадлежали к родовой структуре казахского народа. Хан мог быть избран только из числа султанов (неправящие потомки чингизидов). На одном уровне с чингизидами находились ходжа и саиды: к ним относились потомки пророка Мухаммада и его сподвижников. Все остальное население относилось к категории «қара сүйек» (черная кость), но и эта категория была упорядочена.

У хана были свои обязанности и права: распоряжаться территорией, охранять и обеспечивать безопасность страны, объявлять войну, заключать мир, вести переговоры с другими государствами, быть верховным судьей, миловать и казнить, издавать законы. В степи были известны законы Касым хана («Қасым ханның қасқа жолы»), Хакназар хана («Хақназардың хақ жолы») и Есим хана («Есім ханның ескі жолы»). К сожалению, они не дошли до нас в письменном виде.

В Казахском ханстве постоянно функционировал Совет (Хан Кеңесі), также созывался Курылтай, где решались важнейшие государственные вопросы. Помимо знати в ханском совете принимали участие известные бии и батыры.

— В государственности номадов-казахов нет признаков, которые обычно характеризуют государство: публичную власть, имеющую определенную сословную основу, централизованные и местные органы исполнительной власти, постоянную армию, судебный аппарат и тюрьмы. Все эти атрибуты, характерные для классового государства, кочевому обществу не были нужны. Цивилизация номадов со свойственными ему инструментами полностью берет на себя функции этих органов, — говорит Д. Байгунаков. — В казахском обществе земля формально принадлежала роду, скот находился в индивидуальном владении. Налоговая система различалась в кочевой и земледельческой зонах. Шаруа — скотоводы платили зякет (1/20 части скота), земледельцы — харадж (от 1/10 до 1/5 урожая) и бадж (пошлина). Общими были повинности по содержанию администрации, войска, работы по рытью каналов, ремонту дорог и так далее. Мусульманское духовенство сохраняло налоговый иммунитет.

Тауке хан, живший в 1680 — 1715/18 годы, считается основоположником обычного права казахов, поскольку именно при нем произошло окончательное оформление юридической системы казахского общества. Он является автором свода законов «Жеті жарғы» вместе с Толе би, Казыбек би и Айтеке би. Возможно, что свод законов «Жеті жарғы» прямо или косвенно наследует монгольскую «Яса», которую ввел Чингисхан, но, тем не менее, «Жеті жарғы» считается исконно казахским законодательным актом. Он включал в себя такие разделы, как земельный, семейно-брачный, военный, уголовный законы, положение о судебном процессе, кун (штраф в виде скота) и закон о вдовах. Важнейшим постулатом являлся принцип невиновности.

— Право казахского народа «Жеті жарғы» отличалось своей главной идеей — защитой интересов народа, — отмечает Д. Байгунаков. — Это было народное право, поэтому оно воспринималось всеми как справедливое, безусловное, что нашло отражение в мировоззрении и менталитете казахского народа.

Через некоторое время после смерти Тауке хана казахские жузы уже возглавляли отдельные ханы. Только Абылай хану (1711 — 1781 гг.) и Кенесары хану (1802 — 1847 гг.) удалось временно объединить казахские жузы. После смерти Кенесары хана царские войска заняли Жетысу, а затем и южные города казахов (Шымкент, Ташкент, Туркестан и другие).

 

Уроки прошлого

На конференции поднимался вопрос неравномерности в изучении важнейших периодов древней истории страны, что не позволяет иметь максимально полное представление о процессах, происходивших на ее территории. Недостаточно изученными периодами в археологии Казахстана являются эпоха неолита и палеометалла.

Несмотря на продолжительную историю изучения неолита, начатую А. Формозовым в Западном Казахстане и Приаралье в середине 40-х годов прошлого столетия, он отчасти изучен лишь в северных и восточных регионах страны. Отдельный анклав составляет Мангышлак, остальная территория, представляющая не менее 60 процентов площади страны, является неизученной, и ситуацию не меняют единичные известные здесь памятники. Аналогичная картина сложилась и с энеолитом, памятники которого вообще не известны южнее Центрального Казахстана. Отдельные поселения и погребения эпохи ранней бронзы были исследованы только в Северном, Восточном и Центральном Казахстане. Но это пока не создает целостного представления об эпохе и ее культурном фоне.

— Причиной этого является не только слабая изученность неолита — эпохи ранней бронзы, но и непопулярность в целом научных направлений в археологии Казахстана, связанных с изучением каменного века и, соответственно, нехваткой специалистов на его большой территории, — уверен доцент кафедры истории, археологии и этнологии Павлодарского государственного университета имени С. Торайгырова Виктор Мерц. — Это приводит к недостатку объективной информации об одном из ключевых периодов древней истории человечества, отражающем так называемый процесс неолитизации, с которым связаны коренные преобразования в развитии материальной и духовной культуры, экономике, социальной сфере. В это время изобретаются керамика, ткачество, шлифование каменных орудий, приручаются дикие животные и культивируются растения, развиваются земледелие и скотоводство, на их основе складывается производящее хозяйство, развиваются искусство, мифология, религия, начинаются цивилизационные процессы в древних обществах.

На территориях, расположенных к востоку от Волги и Каспия, чуть ли не до конца III тысячелетия до нашей эры проживали племена неолитических охотников и рыболовов. И лишь с приходом в начале II тысячелетия до нашей эры индоиранских племен наблюдается развитие подлинной культуры в степях Казахстана, Сибири и Средней Азии, считает В. Мерц.

На конференции прозвучали 59 докладов, выдвинуты десятки различных теорий о формировании Казахского ханства, состоялся плодотворный обмен знаниями и установлены новые интересные парт-нерские связи.

Айжан АУЕЛБЕКОВА,

фото Елены ЕФИМОВОЙ,
Виктора БАРБАША
и ТОО «Археологическая экспертиза»

You must be logged in to post a comment Login

Свежие комментарии

Архивы

Поиск по сайту

RSS Подпишитесь на «Знамя труда»