The news is by your side.

Убийственная любовь

600x400_rebenok

Мать не защитила сына от своего сожителя

Эта история произошла в глубинке. Там, где, казалось бы, невозможна жестокость, где царит патриархальный уклад уважения к старшим и защиты младших. Но, оказалось, и в самое сердце традиционных ценностей проникают иные нравы. 

«…Закрытая черепно-мозговая травма. Кровоизлияния под твердую мозговую оболочку со сдавлением левого полушария головного мозга. Ушиб головного мозга. Отек-набухание вещества головного мозга. Кровоизлияние в толщу мягких тканей правой височной области и затылочной области. Множественные кровоподтеки и ссадины головы, лица, туловища и конечностей. Тупая травма живота. Разрыв брыжейки тонкой кишки. Линейные разрывы кожи заднего прохода с переходом на слизистой прямой кишки…» Официальное заключение судебно-медицинской экспертизы говорит об этом убийстве больше любого рассказа. Видно, что человеку упорно ломали череп, «месили» тело, насиловали. Остается только добавить, что все это происходило с четырехлетним мальчиком…

Мадина жила с мужем в одном из сел района Т. Рыскулова. Растили четверых детей. Обычный быт, обычная семья. До тех пор, пока супруги не пустили в дом 29-летнего Саламата Кудайбергенова, переехавшего в Казахстан из Узбекистана. По селу скоро поползли разговоры об отношениях между Мадиной и жильцом. Муж не верил, пока не застал их вместе. Он забрал старших детей и ушел от жены. Мадина осталась со своим любовником и самым младшим четырехлетним сыном Нуртасом.

Пока Саламат находился в семье приживалом и ему не приходилось делиться заработками, его неприязнь к детям не проявлялась. Новый статус «главы семейства» обязывал его заботиться о сыне сожительницы. Видимо, это сильно раздражало мужчину. За недолгое время совместного проживания Саламату так и не удалось найти общего языка с ребенком. Наедине с матерью малыш не раз признавался, что хочет жить с ней в доме бабушки. Такие взаимоотношения, а вернее, их отсутствие, увы, никогда не принимались Мадиной всерьез. На плач и капризы ребенка отчим реагировал однозначно — кричал и угрожал избиением. Неприязнь росла изо дня в день, копилась, словно снежный ком, который рано или поздно должен был спровоцировать обвал ярости.

Все началось с того, что маленький Нуртас ослушался отчима — не пошел спать. «Ложись!» — проорал мужчина и бросил ребенка на диван. Такое поведение Саламата мальчик обычно сопровождал слезами. Вот и в этот раз плач напуганного Нуртаса, доносившийся из комнаты, стал невыносимым. Войдя туда, отчим схватил малыша и бросил его с высоты своего роста на голый пол. Поднял и опять бросил. Плач не прекратился, взрослый трезвый мужчина не унимался — он продолжил «наказание». Во время экзекуции Нуртаса вырвало. За это Саламат ударил лежащего на спине малыша локтем в живот. Он вел себя так, как будто повторял сюжет боевика.

Мадина стала отчаянно просить прекратить избиение. В ответ сожитель велел ей самой побить сына. В суде мать уверяла, что отказалась. Это еще больше разгневало Кудайбергенова. «Если ты не затихнешь, я и тебя убью!» — пригрозил он Мадине. Закрыв женщину в соседней комнате, он продолжил истязания.

Следующие действия Саламата также не поддаются объяснению. Взяв в руки полотенце, он скрутил жгут вокруг тоненькой шеи и принялся душить. Затем, расслабив узел, он вновь с криком спросил: «Ублюдок, почему наблевал?!» Ответа не последовало. Тогда палач несколько раз ударил ребенка головой о входную дверь. Когда мальчик потерял сознание, Кудайбергенов притащил его тело в кухню, облил ведром воды и, укрыв плотным одеялом, ушел. Но бешенство в нем не улеглось. Посреди ночи он вернулся на кухню и вновь стал наносить побои. Малыш не реагировал. Пытаясь привести его в чувство для дальнейшего «воспитания», изверг несколько раз окунул тело в 40-литровую бочку, но оно уже было бездыханным. Возможно, в этот момент к Кудайбергенову пришло понимание содеянного.

Чтобы скрыть преступление, он и Мадина придумали версию падения ребенка с комбайна, отчего тот якобы и погиб. Ее и рассказали прибывшему для констатации смерти фельд-шеру. Однако опытный медик распознала убийство и сообщила об этом в полицию.

Версия убийцы была развенчана материалами экспертов и сотрудников следственных органов.

Специализированный межрайонный суд по уголовным делам Жамбылской области признал мужчину виновным в совершении мужеложства с несовершеннолетним и в убийстве с особой жестокостью. Он приговорен к 25 годам лишения свободы. Отбывать наказание осужденный будет в исправительной колонии строгого режима.

Апелляционная судебная коллегия Жамбылского областного суда оставила без изменения приговор суда первой инстанции, а апелляционную жалобу осужденного — без удовлетворения.

Самое невероятное в этой истории — не бессмысленная жестокость мужчины, а поведение женщины. Судя по всему, издевательства над ребенком были неодномоментными. Но она, чтобы не потерять любовника, позволяла унижать и избивать малыша. В конце концов Кудайбергенов уверовал в полную безнаказанность и потерял чувство меры. Даже на суде Мадина пыталась выгородить убийцу, просила о смягчении наказания.

Еще один тревожный момент: трагедия разворачивалась на глазах односельчан. Но никто из них не посчитал нужным вмешаться в ситуацию. Поступи сообщение в полицию не после убийства, а раньше, С. Кудайбергенов не совершил бы злодеяния: в Казахстане он проживал без документов и подлежал депортации.

От редакции: имена убитого ребенка и его матери изменены во избежание морального вреда старшим детям Мадины.

Дияс МАХАМБЕТОВ,
пресс-секретарь Жамбылского областного суда

Комментарии закрыты.