The news is by your side.

Жив в воспоминаниях

800x600_110330 007

Аксакалы просят увековечить имя Турсынхана Мусралиева

В редакцию газеты «Знамя труда» обратились уважаемые аксакалы с воспоминаниями о почетном гражданине Жамбылской области Турсынхане Бейсебаевиче Мусралиеве. В этом году ему исполнилось бы восемьдесят лет. Однако ему было отмерено всего семьдесят пять. Он сделал очень многое для людей, для региона. Поэтому, настаивали аксакалы, в память о нем нужно одну из улиц областного центра назвать его именем. 

«Имя Турсынхана Мусралиева хорошо известно жителям Жамбылской области. В свое время он руководил несколькими крупными районами, был заместителем акима Жамбылской области, ему присвоено звание «Почетный гражданин Жамбылской области». В середине девяностых годов, когда страна переживала трудные времена, он в качестве депутата Верховного Совета республики внес неоценимый вклад в укрепление ее экономики. Поэтому будет правильным назвать его именем одну из улиц в Таразе.

Он был разносторонним человеком. Внешне прожженный партократ, в душе он был глубоко интеллигентным, легко ранимым. Иначе стал бы, будучи юношей, искать фотографию отца?! Иначе посвящал бы каждую свободную минуту чтению трудов великого Абая?! Иначе смог бы дружить с известными мастерами пера Кадыром Мырза-Али, Мухтаром Магауиным, Акимом Тарази, Райымбеком Сейтметовым?!

На шестидесятилетнем юбилее Мусралиева Аким Тарази сказал: «Я думаю, что можно, не задумываясь, принять Турсынхана в Союз писателей Казахстана, хотя он не написал ни одной книги. Потому что он глубокий и дальновидный философ, обладает мировоззрением писателя, а его любовь к поэзии безгранична».

Шерхан МУРТАЗА, 
народный писатель Казахстана,
почетный гражданин  Жамбылской области и Астаны

Сиротская доля

Вначале его назвали Боранбаем, потому что в день его рождения 18 марта 1936 года в Жуалах был сильный буран. Отец в это время находился на учебе в Семее; домой он вернулся через несколько месяцев после рождения сына. Ему было послано знамение, и по возвращении домой он настоял, чтобы сына назвали Турсынханом.

Он один из многих, на чью долю еще в детстве выпали неимоверные тяготы. В три года он стал сыном врага народа. Отца в 1939 году освободили от занимаемой должности, а чуть погодя сгноили в сталинских застенках. Так началась горькая сиротская доля.

Родственники матери настояли, чтобы она с сыном переехала в город. Свое место выросшему в ауле Турсынхану среди местных мальчишек пришлось отвоевывать кулаками. Поэтому он часто возвращался домой в порванной рубахе, с разбитым лицом, синяками под глазами. А дома мать добавляла тумаков, приговаривая: «Мямля, из тебя не вырастет настоящий человек». Тогда дядя Айдархан, старший брат матери, останавливал ее: «Малике, перестань колотить его. Запомни мои слова, он вырастет волевым, крепким парнем. Мне нравится, что он никогда домой не возвращается в слезах». А племяннику советовал: «Ты бы спортом занялся, а то все время будешь ходить битым. Стадион ведь рядом, закаляйся, тренируйся». И Турсынхан с девяти лет начал заниматься боксом в спортивном обществе «Динамо». Так начиналась борьба за место под солнцем.

«Мы с Турсынханом вместе учились в школе, сидели за одной партой. Он часто приходил на уроки с красными глазами, нередко засыпал. Оказалось, что они с матерью перебивались с хлеба на воду. Чтобы не помереть с голоду, ночами вдвоем шили фуфайки. Тетя Малике кроила, а Турсынхан шил. Утром он шел на уроки, а тетя Малике на рынок. К счастью, эта нужда не ожесточила сердце Турсынхана, напротив, научила его быть бережливым, жизнелюбивым, научила понимать людей, ценить их. Даже став большим чиновником, он всегда оставался простым и доступным человеком. Он внес огромный вклад в социально-экономическое развитие области. Мы должны рассказывать о таких людях новым поколениям, чтобы не прервалась связь времен. А лучше увековечить имя Турсынхана Мусралиева, присвоив его имя одной из улиц Тараза».

Шолпан ДАУТОВ,
ветеран труда

 

Мать воспитывала его в спартанских условиях. Турсынхан в своей книге «Ұрпағыма аманат» вспоминал: «Моя мама Малике по природе была суровым человеком. В дни, когда я не убирал в доме, не готовил еду, не кипятил чай, мне доставалось от нее». И в то же время он с любовью говорил, что мать у него была справедливой и рассудительной женщиной. Она всегда наставляла его: «Никому не делай зла. Ни у кого ничего не воруй. Не будь корыстолюбцем, рабом низменных желаний. Я была женой судьи. У нас было все, что душа пожелает. И что мы имеем теперь? Отца твоего забрали, а вместе с ним ушло и наше богатство. Я не устану повторять тебе — если хочешь стать человеком, будь честным по отношению к людям, к друзьям, не будь жадным».

 

Фотография отца

Турсынхан не помнил отца, дома ни одной его фотографии не осталось. В 1954 году, поступив в сельскохозяйственный институт в Алма-Ате, он много времени посвятил поискам сведений об отце, хотел найти хоть одну его фотографию. Перерыл документы в областном суде, Верховном суде, адвокатской коллегии, больнице Красного Креста и Красного Полумесяца. Из-за этого запустил учебу и лишился стипендии. Занятия спортом тоже прекратил. Жил лишь одной навязчивой мыслью — найти фотографию отца, посмотреть в родное лицо…

В один из дней Турсынхан с сокурсниками Тораном Бековым и Ашотом Мурзиным поехали в гости к другу Казбеку Шынгысову. Оказалось, что у отца Казбека день рождения. Торан, Ашот и Казбек пошли в магазин за покупками, а Турсынхан остался в доме. Аксакал стал расспрашивать его, откуда родом, кто родители. Юноша рассказал все как есть, что отец был юристом, но в 1939 году его арестовали, и с тех пор о нем нет никаких вестей, что он ищет фотографию отца. Вдруг аксакал поднялся и со словами «посиди, сынок, я сейчас» ушел в другую комнату. Чуть погодя он вернулся, держа в руках большую выцветшую тетрадь, похожую на учительский журнал. «Так, повтори-ка фамилию отца, полностью имя, из какого рода?» — попросил он и стал листать тетрадь. Турсынхан не придал этому особого значения, но когда ребята вернулись из магазина, спросил у Казбека, кем работал его отец, ему ведь на вид уже больше восьмидесяти. «О, мой отец энциклопедист, — ответил Казбек, — он много лет работал председателем коллегии адвокатов». Турсынхан вскочил как ошпаренный и вмиг оказался рядом с аксакалом, который поднял на него глаза и протянул тетрадь: «Наверное, это твой отец, посмотри сам». «Мусралиев Бейсебай, 1909 года рождения, из Аулиеаты, образование — среднее специальное, специальность — юрист, род — керей». Турсынхан не смог дочитать до конца, слезы навернулись на глаза. Он стал неистово целовать руки аксакала, а слезы так и продолжали лить ручьем… Так Турсынхан впервые за всю свою жизнь нащупал ниточку, которая могла привести его к отцу…

Друзья, войдя в комнату, стали удивленно переглядываться: «Он что, свихнулся?» Казбек накинулся на отца: «Ты что сделал с моим другом?» Аксакал выпроводил их из комнаты: «Оставьте его. Пусть поплачет, ему будет легче». Затем повел Турсынхана в ванную: «Хватит уже, возьми себя в руки». Когда юноша вышел из ванной, он сказал: «Послушай меня, если у кого и есть фотография твоего отца, то только у Керимшеева Нысанбая. Они были хорошими друзьями, учились вместе. Так что фотографию отца можешь найти в Шымкенте».

Следующим вечером Турсынхан поехал в Шымкент. По пути сомнения стали одолевать его: как он
узнает отца? Вспоминал, что рассказывали про него мама и родственники. Сказались волнение и усталость, и Турсынхан уснул. Во сне кто-то ему подсказал: твой отец был смуглым человеком с прямым носом. Вот и вся характеристика!

В Шымкенте Турсынхан выяснил, что Керимшеев Нысанбай умер в 1953 году, но его семья живет на улице Шмидта, 71. Там его встретила пожилая женщина и не пустила в дом. Целый день он потратил, чтобы убедить ее, что пришел в поисках фотографии отца. Лишь вечером она сжалилась над ним и впустила в дом, продолжая выпытывать, откуда да зачем. Наконец, спросила:

— Отца по фотографии узнаешь?

— Узнаю, апай, узнаю, покажите! — взмолился юноша.

— Откуда узнаешь, если остался сиротой в три года?

— Узнаю! — не сдавался Турсынхан. У него другого выхода и не было, как умолять пожилую женщину. Как-никак она тоже мать, сжалилась-таки. Принесла баул со старыми фотографиями. Несколько раз перебрав снимки, он выбрал одно фото и обратился к хозяйке дома: «Апай, в селе Чапаев под Шымкентом живет тетя, дайте эту фотографию, покажу ей. Если что, привезу обратно».

«Я расскажу только один эпизод из жизни Турсеке, Турсынхана Мусралиева, по которому можно судить о нем как о человеке. В 1962 году в государственные органы Казахстана поступила телефонограмма первого секретаря ЦК КПСС Никиты Хрущева, которой предписывалось направлять выпускников школ на два года пасти скот. Без этого запрещалось выдавать им аттестаты зрелости. Причем делалось это принудительно, казахских юношей и девушек заставляли быть свинарями. Я в то время работал инструктором обкома партии, и мне поручили помочь написать выступление ладной и красивой девушке Гульзинат Есиркеповой, которая против воли стала свинаркой. Она должна была выступить на региональном съезде женщин Южно-Казахстанского края и рассказать, что гордится своей профессией…

Турсынхан работал первым секретарем Жуалынского райкома комсомола и потребовал от тогдашнего заведующего райотделом просвещения Кенеса Жакибаева свовременно выдавать аттестаты выпускникам школ. И этот его поступок стал предметом обсуждения на бюро обкома партии. Люди старшего поколения знают, что бюро обкома партии — это орган, который зачастую решал судьбы людей. Кто-то находил там понимание, а в большинстве случаев оттуда люди выходили или без партийного билета, или без высокой должности. А тут какой-то молодой человек посмел пойти против воли самого Хрущева! Словом, Турсынхан шел, можно сказать, на показательную порку.

Первый секретарь обкома партии Асанбай Аскаров, прежде чем дать слово Турсынхану, напомнил, что коммунисты на местах должны беспрекословно выполнять все поручения и рекомендации партии, ее Центрального Комитета. А потом спросил:

— Итак, товарищ Мусралиев, чем Вы объясните свою выходку?

— Асанбай Аскарович, разве мы детей десять лет учим в школе для того, чтобы они все стали животноводами? — с ходу заявил Турсынхан. — Неужели казахские дети, получат они образование или нет, рождаются для того, чтобы пасти овец или заниматься свиноводством? Ведь за два года работы в животноводстве многие из них забудут, чему учились в школе. Подумайте, скольких хороших специалистов, ученых лишимся! Жалко ведь. Мы же рубим их будущее на корню. Мы верим, что Вы найдете правильное решение этой большой государственной проблемы.

После таких пламенных слов молодого человека Асанбай Аскарович принял мудрое решение ограничиться обсуждением данного вопроса. Никто не был наказан, а в особенности Турсынхан Мусралиев. Потому что он не побоялся сказать правду».

Баттал ЖАНАБАЕВ,
почетный гражданин Жамбылской области

 

Целую вечность он искал село Чапаев, а еще дольше дом тети Кунсулу. Не дав ей и слова сказать, Турсынхан вынул из-за пазухи фотографию. «О Боже, это же зять Бейсебай! — вскрикнула тетя Кунсулу и заплакала. — Турсынтай, это твой отец!» Турсынхан тоже не смог сдержать эмоций. Тетя то успокаивалась и вспоминала, каким был отец, то опять принималась плакать.

Этот день неузнаваемо изменил Турсынхана. Выросший в жестких условиях сиротства, он не плакал даже тогда, когда несколько мальчишек избивали его. А тут стал мягкосердечным, как он признавался, мог заплакать в театре или видя чужое горе…

Я специально написал только о детских и студенческих годах Турсынхана Бейсебаевича, потому что там закалялся его характер, там в нем закладывалось доброжелательное отношение к людям, там он научился отличать хорошее от плохого, понял, что справедливость есть высшее человеческое свойство. И эти качества ярко проявились позже, когда он руководил большими хозяйствами, тремя районами области, был заместителем акима Жамбылской области.

«Мы с Турсынханом Бейсебаевичем вместе проработали лет двадцать. Я руководил колхозом имени XXII съезда КПСС, а он же был первым секретарем Жамбылского райкома партии, то есть моим непосредственным начальником. У меня дурной характер, я себя с этой позиции оцениваю на тройку по пятибалльной шкале. Горячий был, нетерпеливый. Чуть что не так, мог сорваться, дров наломать. А Токе был не по годам
мудрым, сдержанным. Он все взвесит, по полочкам разложит. И скажет:

— Чего ты, Аркадий Лазаревич, так кипятишься? Успокойся и делай вот так.

И выходило по нему. К тому времени я тоже успеваю отойти и ему в ответ говорю:

— Прости, Токе, прости, дорогой, ну такой я человек.

Он улыбался и поддерживал меня».

Арнольд КОСТЯНКИН,
почетный гражданин  Жамбылской области

 

Турсынхан Бейсебаевич был не только умелым хозяйственником, он, прежде всего, был прекрасным учителем. Воспитал целую плеяду руководителей. Помнится, когда он был первым секретарем Жамбылского райкома партии, в ящике его рабочего стола лежала общая тетрадь в коричневом переплете. В нее он вписывал данные о молодых специалистах, прибывающих в район, устраивал им своеобразную экзаменовку, ставил плюсы или минусы. Тех ребят, кто набирал больше плюсов, выдвигал на руководящие должности.

Бекет МОМЫНКУЛ

Комментарии закрыты.